Шуттовская рота

В его темных глазах под густыми сдвинутыми бровями поблескивало подозрение.

– Вы почти заставили меня выйти из себя, генерал, – сказал шеф сквозь стиснутые зубы. – Есть какая-то причина для такой настойчивости?

– Я надеялся, что вы сейчас слышали, что говорили, шеф. – Легионер пожал плечами. – По вашим словам, мои солдаты не могут ходить туда, куда хотят, и не имеют права делать то, что делали раньше. Но поскольку они имеют точно такие же права на пользование развлечениями колонии, как и каждый местный житель, и их деньги всегда с радостью принимаются во всех известных мне в этой колонии местах, то я не в состоянии понять, из чего проистекает то неравенство, за которое я должен либо извиниться, либо что-то предпринять, дабы его исправить… И еще.

Я капитан, а вовсе не генерал.

Полицейский сжал губы в напряженной усмешке.

– Мне очень жаль, – произнес он, и в его голосе не прозвучало даже намека на угрызения совести, – но я так и не научился разбираться во всех этих рангах среди вас, солдат.

Поэтому обычно я их попросту игнорирую… пока кто-нибудь не переступит черту. И когда такое случается… ну, тогда я поступаю с ними так же, как с любым, кто нарушает закон. Это для вас достаточно откровенно?

– Вполне, сержант…

– Шеф!

– Извините. – Шутт решил показать зубы. – Я предположил, что коль скоро вы не придаете никакого значения рангу…

Он прервался, позволяя словам повиснуть в воздухе.

Гетц некоторое время внимательно смотрел на него.

– Хорошо, капитан, – прорычал он наконец, – можете изложить свое мнение.

– Прекрасно. Так вот, шеф, как я уже говорил, к моим солдатам не должны относиться точно так же, как и к любым другим нарушителям закона. Дело в том, что существует специальный закон относительно того, что они должны быть направлены к своему командиру, в данном случае ко мне; какого бы наказания они ни заслуживали, их нельзя привлекать к гражданскому разбирательству.

– И такой закон действительно есть?

– Да, – твердо заявил командир – Если вы не ознакомлены с ним, то я могу поделиться с вами копией…

– О, я знаком с этим законом, – ответил шеф, сопровождая свои слова взмахом руки.

 – Да, это обычная процедура, когда мы забираем одного из ваших своенравных ягнят на свое попечение, а потом сообщаем вам на базу, чтобы кто-нибудь приехал и забрал его, и пока суд да дело, ваш человек просто спит в одной из наших камер. Но я удивлен таким неожиданным беспокойством по поводу обычной процедуры, только и всего.