Смертельные тайны

 – Не хочу плохо говорить про умершего человека, но моя дочь была настоящей шалавой. Спала с двумя мужчинами с нашей улицы, оба женатые. И, помимо них, у нее были еще проходные парни. Это только те, про которых я знаю.

– А как зовут женатых? – спросила Эрика.

– Дон Уолпол, живет в доме 46 с женой. Марисса с ним спала несколько лет назад, когда ей было шестнадцать.

– По слухам, он с ней спал еще и до того, – вмешалась Джоан, со знанием дела кивая головой.

– Дон Уолпол – не растлитель малолетних, Джоан. Он просто сделал то, что сделал бы любой на его месте.

Ему принесли все на блюдце с голубой каемкой. Марисса рано созрела. В четырнадцать она уже выглядела на двадцать, – сказала Мэнди, зажигая следующую сигарету от догорающего окурка.

– А второго как зовут?

– Иван… как же его…

– Стовальски, – подсказала Джоан.

– Да. Поляк. У него немало денег на счету, и этим, я думаю, он ей и нравился. Уж точно не своим внешним видом. Вечно бледный и замученный какой-то. Несколько месяцев он около нее ошивался.

– Вы знаете, когда они виделись в последний раз?

– Нет, не знаю. Он звонил к нам в дверь пару недель назад, но в дом не заходил.

– Марисса, кроме танцев в клубах, еще где-то работала?

– Нет, – покачала головой Мэнди. – Несколько часов в неделю еще ухаживала за пожилой женщиной в Хилли-филдс, на противоположной стороне от станции.

– Как ее зовут?

– Эльза Фрятт, – ответила Джоан. – Ей девяносто семь. Аристократка, несмотря на имя Эльза. Живет в большом доме с видом на поле.

– Мариссе очень повезло с этой подработкой, – сказала Мэнди. – Она только и делала, что возила ее по магазинам. Та женщина внесла ее в страховку на свою машину. Так что она не то чтобы за ней ухаживала. Думаю, Эльзе просто нравилось общаться с Мариссой – так же, как женщине нравится некоторая грубость в мужчине. Мне кажется, ей было интересно с простыми людьми.

– А друзья у нее были? – поинтересовалась Эрика.

– Предполагаю, что большинство ее друзей умерли. Вы что, не расслышали? Ей девяносто семь.

– Нет, я про Мариссу спрашиваю.

Мэнди выдохнула дым и отхлебнула чаю.

– Девушки, с которыми она работает в бурлеск-шоу, – отборные суки. Так она говорила. Но у нее есть одна подруга еще со школы. Работает парикмахером, Шэрон-Луиз Брайтуайт.

– В салоне «Золотые локоны»?

– Да, там.

– А можно попросить вас составить список всех клубов, где работала Марисса?

Нижняя губа Мэнди затряслась, и она начала тереть глаза.