Дракон Возрожденный

 – Мне не нравится мысль, что один из этих… этих Бездушных может прокрасться сюда и перерезать мне горло, а я его даже не замечу.

– Малые стражи, что я сплела, укроют нас от Бездушных, как и от прочих отродий Тени, – промолвила Морейн. – Если силы твои невелики, вот как у нас, зачастую самое лучшее решение – спрятаться. Если здесь поблизости есть Получеловек, так близко, чтобы… Что ж, выставить стражей, способных убить Полулюдей, которые попытаются проникнуть в лагерь, – это выше моих способностей, а если бы и было по силам, такое охранение просто заперло бы нас тут.

И поскольку невозможно одновременно выставить сразу два вида малых стражей, то защищать нас я предоставлю разведчикам, дозорным и Лану – и сплету одно охранение, такое, от которого будет какой-то толк.

– Я могу сделать обход вокруг лагеря, – сказал Лан. – Если разведчики что-то упустили, я обнаружу.

Это было не хвастовством, а просто изложением факта. Даже Уно кивнул согласно.

Морейн покачала головой:

– Если, мой Гайдин, ты понадобишься сегодня вечером, это будет здесь.

 – Она подняла взор на окружающие низину темные горы. – Такое чувство, будто что-то нависло.

– Ожидание. – Слово сорвалось у Перрина с языка раньше, чем он успел его прикусить. Когда Морейн посмотрела на него – прямо в душу, – он пожелал вернуть сказанное обратно.

– Да, – сказала она. – Ожидание. Уно, позаботься о том, чтобы твои часовые ночью были особо настороже.

Напоминать воинам держать оружие всегда под рукой нужды не было: шайнарцы так и делали.

– Спокойной ночи, – добавила Морейн, обращаясь ко всем, как будто такое было теперь возможно, а потом направилась к своему жилищу.

Лан оставался возле костра ровно столько, сколько потребовалось на то, чтобы вычерпать ложкой три миски рагу, после чего он поспешил вслед за Айз Седай, и его фигуру очень скоро поглотил ночной мрак.

Когда остававшиеся возле костра наконец отправились в темноту следом за Стражем, глаза Перрина отливали золотом.

– Спокойной ночи, – пробормотал он. Запах тушеного мяса внезапно вызвал у него тошноту.

 – Уно, у меня третья стража? – (Шайнарец кивнул.) – Ну, тогда попробую последовать ее совету.

К кострам подходили другие обитатели лагеря, и, поднимаясь по склону, Перрин слышал долетавшие до него приглушенные обрывки их разговоров.

У него была своя хижина – сложенное из бревен небольшое жилище, высота которого едва позволяла юноше распрямиться во весь рост, а щели между бревнами были промазаны давно высохшей глиной.