Дракон Возрожденный

Огнем полыхала рана на спине, ободранное плечо словно побывало на наковальне под ударами молота. Босые ноги, исцарапанные и в ушибах, нещадно ныли. Повсюду был запах крови. Запах троллоков и смерти.

– Я… Со мной все в порядке, Мин.

– Ты славно бился, кузнец, – сказал Лан. Страж поднял над головой меч, все еще окровавленный. – Тай’шар Манетерен! Тай’шар Андор!

Истинная кровь Манетерен. Истинная кровь Андора.

Шайнарцы – те немногие, кто еще имел силы стоять, – воздели свои клинки и поддержали Лана:

– Тай’шар Манетерен! Тай’шар Андор!

Лойал кивнул и добавил:

– Та’верен.

Смутившись, Перрин опустил глаза. Лан уберег его от вопросов, на которые он не хотел отвечать, и воздал ему незаслуженные почести. Другие не поняли. Перрин задавался вопросом, что бы они сказали, если бы знали правду. Мин подошла ближе, и он пробормотал:

– Лея погибла. Я не смог… Самую малость не успел.

– Ничего бы не изменилось. Ты и сам это знаешь, – тихо сказала Мин. Она наклонилась, чтобы взглянуть на его спину, и скривилась.

 – Морейн займется тобой. Она Исцеляет тех, кого может.

Перрин кивнул. До пояса вся спина была липкой от подсыхающей крови, но, несмотря на боль, он едва обращал на это внимание.

«О Свет, на этот раз я едва вернулся. Нельзя допустить, чтобы такое повторилось. И я этого не хочу. Больше никогда!»

Но когда он был с волками, все было совсем иначе. Ему ведь даже не приходило в голову беспокоиться, что незнакомцы пугаются его большого роста. И никто не думал, что он тугодум, лишь потому, что он старается быть осторожным.

Волки знали друг друга, даже если раньше никогда не встречались, и с ними он был волком среди волков.

«Нет! – Его руки сжали рукоять топора. – Нет!»

Перрин вздрогнул, когда неожиданно заговорил Масима.

– Это был знак, – заявил шайнарец, поворачиваясь кругом и обращаясь ко всем. На обнаженных руках и груди у него темнела кровь – сражался он в одних штанах, – и вдобавок Масима прихрамывал, но неистовый огонь в его взоре пылал сильнее, чем когда-либо прежде.

Намного сильнее. – Знак, призванный укрепить нашу веру. Даже волки явились сражаться за Дракона Возрожденного. В час Последней битвы лорд Дракон призовет даже зверей лесных биться на нашей стороне. Это знак нам. Знак идти вперед. Лишь приспешникам Темного не по пути с нами.

Двое шайнарцев кивнули.

– Захлопни растреклятый рот, Масима! – рявкнул на него Уно. Похоже, он был цел и невредим, но ведь Уно сражался с троллоками еще до рождения Перрина.