Дракон Возрожденный

) – Перрин? Лойал? Вы пойдете со мной за Рандом?

Сидевшая у стены Мин возмущенно запротестовала, но на ее жалобы Айз Седай внимания не обратила.

– Я пойду, – поторопился сказать Лойал. – Ранд – мой друг. И готов признаться: я ничего не хочу пропустить. Сами знаете, дело в моей книге.

Перрин с ответом не спешил. Ранд был его другом, в кого бы он там ни перековался. И вряд ли есть сомнения, что их судьбы связаны, хотя Перрин совсем не возражал бы, чтобы подобная участь его миновала – если существует такая возможность.

– Это же нужно, верно? – в конце концов промолвил он. – Я пойду.

– Хорошо. – Морейн вновь потерла руки – с видом человека, готового взяться за важное дело. – Так, вам всем нужно собираться в дорогу. И немедля! Ранд опережает нас на несколько часов. Я намерена еще до полудня уверенно идти по его следу.

В последних словах стройной Айз Седай было столько воли и целеустремленности, что всех, кроме Лана, будто рукой подтолкнуло к двери; Лойал ступал горбясь, пока не вышел из хижины.

Перрину на ум пришло сравнить Морейн с хозяйкой, погоняющей гусей.

Едва перешагнув порог, Мин чуть задержалась и, обернувшись, с чересчур сладкой улыбочкой обратилась к Лану:

– А от тебя никакой весточки никому передать не надо? Найнив, быть может?

Страж на это моргнул пару раз, хотя кто другой, если бы его вот так застигли врасплох, выглядел бы как охромевшая на одну ногу лошадь.

– Все знают… – начал Лан, но почти сразу же взял себя в руки. – Если ей нужно будет от меня что-то услышать, я сам ей скажу.

 – И он захлопнул дверь прямо у нее перед носом.

– Мужчины! – пробормотала Мин в закрытую дверь. – Не видят того, что и валун узрит, и чересчур упрямы, чтобы доверить им самим думать за себя.

Перрин сделал глубокий вдох. Слабые запахи смерти по-прежнему висели в воздухе низины, но это было лучше тесноты в хижине. Немного лучше.

– Чистый воздух, – вздохнул Лойал. – Дым уже начал мне надоедать.

Вместе они двинулись вниз по склону. На берегу ручья вокруг Уно собрались шайнарцы, те, кто мог держаться на ногах.

Судя по жестикуляции, одноглазый воин обильно сыпал проклятиями, наверстывая упущенное время.

– За что вам двоим такие привилегии? – неожиданно спросила Мин. – У вас-то она спросила. Мне она такой любезности, как просьба, не оказала.

Лойал покачал головой:

– По-моему, Мин, она спрашивала, уже зная, как мы ответим. Похоже, Морейн может прочесть и меня, и Перрина, точно книгу. Она знает, как мы поступим.