Перекрестки сумерек

Не поворачивая головы, Мэт мог насчитать дюжину мест, где на мелководье вздымались над водой обугленные ребра шончанского корабля или обширный остов с тупым носом лежал на боку, а волны лизали накренившуюся палубу; но вдвое больше было мест, где очертания полусгоревших каркасов были тоньше, изящнее, – это были останки кораблей Морского народа. Очевидно, они не хотели оставлять свои корабли тем, кто заковал их в цепи. Три дюжины кораблей виднелись непосредственно в поле его зрения, и это не считая затонувших, над спасением имущества с которых трудились теперь многочисленные лодки.

Возможно, бывалый моряк и отличил бы шончанский корабль от корабля Ата’ан Миэйр по торчащей над водой верхушке мачты, но ему такая задача была не по зубам.

Внезапно в нем проснулась память о давно минувшем – о том, как снаряжать корабли для атаки с моря и какое количество человек, на каком пространстве и на какое время может быть размещено. Эти воспоминания о древней войне между Фергансией и Морейной, разумеется, были не его воспоминаниями, но каким-то образом все же принадлежали и ему.

Осознание того, что в его голове застряли кусочки жизней каких-то древних, незнакомых ему людей и жизней, которых он не прожил, теперь Мэта часто заставало врасплох, так что, возможно, это все же были в некотором роде его воспоминания. Они были, несомненно, ярче, чем некоторые периоды его собственной жизни. Корабли, о которых он теперь вспомнил, по своим размерам явно уступали большинству судов в гавани, однако принципиально ничем от них не отличались.

– У них недостаточно кораблей, – пробормотал он.

В Танчико у шончан осталось даже больше судов, чем пришло сюда, но здесь их потери выглядели достаточно существенными.

– Недостаточно для чего? – спросил Ноэл. – Я никогда не видел столько кораблей в одном месте.

Это заявление в его устах значило немало. Послушать Ноэла, так он видел все, причем, как правило, то, что он видел, было больше и величественнее, нежели то, что находилось у него под носом.

У них дома сказали бы, что на кошеле, где он держит правду, тугие тесемки.

Мэт покачал головой:

– У них осталось недостаточно кораблей, чтобы переправить всех обратно домой.

– Мы не собираемся отправляться домой, – раздался сзади неторопливый женский голос. – Мы уже дома.

Он, правда, не подпрыгнул при звуке тягучего, глотающего окончания слов голоса с шончанским акцентом, но был близок к тому, пока не узнал говорившую.