Восходящая Тень

Илэйн согласно кивнула, и сапфиры в ее волосах качнулись. – Нас там учили совсем другому.

Ранд сокрушенно вздохнул и выпрямился:

– Зря я надеялся.

Его подмывало спросить еще что-то, но он сдержался и уставился на свои сапоги. Эгвейн подивилась: как вообще он управляется с надменными благородными лордами, если так легко тушуется перед ней и Илэйн?

– Мы пришли, чтобы помочь тебе научиться лучше управлять Силой, – пояснила она.

Морейн утверждала – и, видимо, не без оснований, – что женщине учить мужчину обращению с Силой все равно что учить его вынашивать ребенка.

Однако Эгвейн не была в этом уверена. Как-то раз ей удалось ощутить поток саидин. Точнее, она ничего не ощутила, просто ее собственный поток саидар был перекрыт, подобно тому как камень преграждает путь воде. Но она училась не только в Башне и полагала, что сумеет научить и его чему-то полезному.

– Если получится, – добавила Илэйн.

В глазах Ранда вновь мелькнуло подозрение. То, как быстро менялось его настроение, просто выводило из себя.

– Скорее я научусь читать на древнем языке, чем вы… Небось это Морейн все затеяла. Это она вас сюда послала? Думает уломать меня – не так, так эдак? Рассчитала, что я, не разобравшись, в чем дело, увязну по уши? – Он ухмыльнулся и, подхватив валявшийся на полу возле одного из стульев темно-зеленый кафтан, торопливо натянул его. – Сегодня утром я вызвал сюда этих благородных лордов. За ними нужен глаз да глаз – они все норовят обернуть по-своему.

Ну да рано или поздно они усвоят, что теперь в Тире правлю я. Я – Дракон Возрожденный. Я научу их повиновению. Уж простите.

Эгвейн хотелось встряхнуть его как следует. Он управляет Тиром? Ну управляет, если уж на то пошло, но она-то хорошо помнит паренька, который спрятал за пазухой ягненка и расхвастался, что не оробел и отогнал прочь подбиравшегося к отаре волка. Он пастух, а не король, и нечего ему строить из себя важную персону. Эгвейн чуть было не выложила ему все это, но тут заговорила Илэйн:

– Никто нас не посылал.

Никто. Мы пришли сами, потому что… потому что ты нам небезразличен. Может быть, ничего из этого не выйдет, но давай попробуем. Если я… если мы думаем о тебе и хотим попытаться, так попытайся и ты. Неужели ты не можешь уделить нам часок? Всего один час.

Ранд прекратил застегивать свой кафтан и воззрился на дочь-наследницу, да так пристально, что Эгвейн показалось, что о ней он вовсе забыл.