Пятнадцатый рай

 – Он только что грозился меня убить.

– Как я уже сказал, в мои намерения никак не входило вас застрелить, Арина Петровна. Но что еще я мог сделать, чтобы не дать вам выпрыгнуть из самолета на асфальт? – В интонациях дядюшки-дьявола Арине отчетливо послышалось раздражение.

– Тыкать в мою невесту пистолетом – это единственное, что пришло в твою голову? – воскликнул Максим, поднимая Арину на руки. Аркадий растерянно развел руками, фыркнул и ушел по коридору. Максим нежно прижал Арину к себе и пошел в сторону спальни.

Элечка пожала плечами и вернулась к своим предполетным обязанностям. В первую очередь она закрыла люк.

Арина лежала в объятиях Максима, человека, ради которого она была готова на все или почти на все, но понять, что происходит, она никак не могла. Однако знакомый, сводящий с ума запах Максима, его растрепанные волосы так близко, что щекочут ее лицо. К черту вопросы, голова кружится, и единственное, чего хочется в такой момент, это забросить обе руки ему за шею и прижаться носом к его рубашке, уткнуться в разрез, где расстегнута пуговица, и забыть обо всем.

– Ты получил мое письмо? Они заманили тебя на самолет? Твой дядя убил…

– Ш-ш-ш, – Максим покачал головой и нежно поцеловал Арину в губы. – Тебе нужно поесть. Все хорошо.

– Ничего подобного, – не выдержала Арина. – Как ты можешь так говорить. Ричард опоил меня и сдал твоему дядюшке… Он предал меня.

– Он никого не предавал. – Губы Максима сжались. Он опустил Арину на кровать в спальне, из которой несколько минут назад она так стремилась выбраться.

Его руки стали жестче, и скулы свело от напряжения. Арина заметила это – она так хорошо знала его лицо, каждый оттенок его грусти, раздражения, возбуждения. Особенно возбуждения, конечно. Больше всего она любила смотреть на его горящие от первобытной жажды глаза, когда все черты лица ожесточались, а в руках появлялась твердость и даже грубость. Но сейчас его что-то тревожило, и что-то новое появилось в его глазах.

– Ты хочешь сказать, что я все придумала? – возмущенно пробормотала Арина, заматываясь в одеяло.

Она и не обратила внимания, как она продрогла, дрожь так и бьет ее. – Что я наговариваю на Ричарда? Что делает тебя таким слепым? Что они тебе сказали? Ты прочитал мое письмо?

– Это просто невыносимо! – крикнул Максим. – Я не могу жить, зная, что тебе что-то угрожает. Как ты могла?

– Что я могла? – ахнула Арина, растерявшись. Максим наклонился и сорвал с нее одеяло.