Пятнадцатый рай

Арина попыталась сдержаться, но это было выше ее сил, волна возбуждения словно током пробежала по ее телу, от кончика взятого в плен соска по животу вниз, в глубину ее женского естества, к сокращающемуся в сладких пульсациях клитору.

О, как сильно она хочет его. От долгого стояния в неудобной позе ноги затекли и почти не слушались, стали словно ватными. Арина ухватилась за плечи своего прекрасного мучителя, продолжающего методично терзать ее груди. Короткий взгляд на его сосредоточенное лицо – и Арина ахнула от предвкушения и легкой паники.

Его лицо было наполнено похотью и огнем, со сведенными от напряжения скулами и расширенными зрачками, он выпустил ее грудь и посмотрел на потемневший, влажный ореол соска, словно пытался оценить результаты своих усилий. Затем довольно кивнул и улыбнулся, заметив страх в глазах Арины.

– Продолжай, мое ты сокровище, – прошептал он. – Не останавливайся, прошу.

– Я не знаю, сколько я выдержу, – взмолилась она.

– Столько, сколько я решу тебе дать, – добавил он и запустил пальцы за резинку ее трусиков.

 – Покажи мне все.

Эта просьба заставила Аринино сердце стукнуть. Ее тело было для Максима самым любимым десертом, и он жадно смотрел, как она дрожащими пальцами стягивает с себя трусики, открываясь перед ним полностью. Странная смесь возбуждения и стыда, как пряный и острый коктейль Мичелада, текущий по венам и распаляющий еще больше. Арина чуть наклонилась, чтобы стянуть юбку и трусики полностью. Теперь она осталась перед Максимом голой, и было в этом что-то неправильное, но мощное и сильное.

Обнаженная девушка перед одетым мужчиной. Слабость и беззащитность перед силой и властью. Тогда Арина решилась и, не сводя взгляда с лица Максима, с его приоткрытых от возбуждения губ, она раздвинула ноги, расставив колени широко в стороны и открыв взору Максима промежность.

– Что же ты делаешь, девочка! – воскликнул он, любуясь красотой ее нежного тела.

– Все, что ты скажешь мне, – ответила она и опустилась на пятки. Ее покорная коленопреклоненная поза, ее раздвинутые ножки, возбужденная грудь с торчащими сосками, ее беззащитная готовность следовать за его желаниями – это было невыносимо сильно, разве можно было этому противиться.

Максим еще сидел напротив нее в притворно-расслабленной позе, но его сознание уже рисовало картины, и он уже видел Арину, кричащую от наслаждения, подчиняющуюся ему и владеющую им.

– Ты само чудо, ты знаешь это? – спросил Максим, приподнявшись с места.