Полночь по парижскому времени. Журавль в небе

Он достал из угла одну из швабр, вероятно, ту, которая вызвала у него наибольшее доверие, и подсунул ее под дверную ручку. Теперь мы были заперты изнутри. Я дрожала, чувствуя, как мурашки бегут по телу. Это было чистое сумасшествие, но я находилась тут, с Андре, и это являлось, как говорится, неоспоримым фактом. Андре запихнул ключи от машины к себе в карман и расстегнул еще одну пуговицу на своей рубашке. Я не знала, что будет дальше, но, что бы ни было, я хотела этого и ни за что бы от этого не отказалась.

– Когда я с тобой, мне кажется, что до тебя я и не знала о том, что такое на самом деле – любить.

Но ведь это не так, и ты сам знаешь это, – прошептала я, протягивая руку к его лицу.

– Что именно не так? – спросил он, склонив голову и напряженно вглядываясь в мое лицо.

– Это ведь не любовь.

– Ты не знаешь, что такое любовь, – прошептал он. – Даша, ты сильно расстроила меня.

– Я не хотела.

– Не хотела? – Он не дал мне отвести взгляд.

– Я не знала, что мне делать, – мой голос охрип, я тихонько откашлялась, плавясь под его изучающим взглядом.

– Что ж. Этому я верю. Знаешь, я ведь всегда скажу тебе, что делать. А ты сделаешь все, что я скажу, да? Разденешься для меня, моя птица?

* * *

Время остановилось, и весь мир отступил в тень, оставив в ярком световом круге эту крошечную комнату, пахнущую стиральным порошком и кондиционером для белья. В комнате было так тихо, что мы слышали, когда на наш этаж приезжал лифт, слышали разговоры людей, из него выходящих.

Нас могли застать, сюда могли войти в любой момент, и я стояла, чувствуя себя, как будто меня запустили в клетку с тигром. Все, что отделяло меня от позорного скандала, – это древко швабры, которым мы приперли дверь.

«Разденься для меня». Он сказал это без всякой нежности, в его тоне не было и тени просьбы. Скорее вызов, брошенный мне. Тигр ходил по краю и смотрел на меня темно-медовыми глазами. Я сделала шаг назад, надеясь отступить, тоже уйти в тень, но за спиной стояли стеллажи.

Андре не спешил и не торопил меня. Но он стоял между мной и дверью, и убежать было невозможно. К тому же, я и не хотела бежать.

– Они хватятся меня.

– Они не станут искать тебя здесь! – Он хищно улыбнулся, и я почувствовала, что дрожу… – Ты сама разденешься или мне порвать все эти дурацкие тряпки?

– Ты не сделаешь этого! – ахнула я, и Андре, одним прыжком оказавшись рядом, обнял меня за плечи, если только можно назвать объятием этот стальной обхват.