На службе зла

 – Я логотип запомнила – изображение крыла. По моим прикидкам, рабочий объем семьсот пятьдесят кубиков. Здоровенный.

Уордл не поверил своим ушам.

– Робин у нас – гонщица. Рассекает, как Фернандо Алонсо, – вставил Страйк.

Робин стало раздражать его панибратство и ерничество. У них в конторе, этажом ниже, лежала отсеченная женская нога. А где искать саму жертву? Сдержать слезы было нелегко, особенно после бессонной ночи. Проклятущий диван… В последнее время она нередко стелила себе в гостиной…

– И он заставил вас расписаться в получении? – спросил Уордл.

– Не то чтобы заставил, – уточнила Робин. – Он протянул мне папку-планшет с зажимом, и я машинально черкнула свою подпись.

– А что было под зажимом?

– То ли накладная, то ли…

Пытаясь восстановить это в памяти, Робин закрыла глаза. Теперь ей вспомнилось: бланк действительно выглядел каким-то кустарным, будто сляпанным на компьютере. Так она и сказала.

– А вы, вообще-то, ожидали какую-нибудь посылку? – спросил Уордл.

Робин объяснила, что к собственной свадьбе заказала для гостей одноразовые фотоаппараты.

– И что он сделал, когда коробка оказалась у вас в руках?

– Сел на мотоцикл и умчался. В направлении Черинг-Кросс-роуд.

В дверь мансарды постучали; сержант Эквензи принесла в пакетике для вещдоков отпечатанную на принтере записку, которую Страйк в самом начале заметил под ногой.

– Прибыли судмедэксперты, – доложила она Уордлу. – Вот это лежало в посылке. Хотелось бы услышать мнение мисс Эллакотт.

Сквозь прозрачный полиэтилен Уордл пробежал глазами записку и нахмурился.

– Белиберда какая-то, – сказал он и начал читать вслух: – «A harvest of limbs, of arms and of legs…»

– «…of necks that turn like swans…» – подхватил Страйк, который стоял прислонившись к плите, откуда уж никак не мог разобрать написанное, – «…as if inclined to gasp or pray»[6 - «Созрел урожай всех тела частей – и рук, и ног, и лебяжьих шей, что ниц упадут в мольбе своей» (англ.).].

Трое слушателей вытаращили глаза.

– Это текст песни, – сказал Страйк.

От Робин не укрылось выражение его лица. Она поняла, что эти слова наполнены для него особым, гнетущим смыслом. Страйк с видимым усилием объяснил:

– Из последнего куплета «Mistress of the Salmon Salt»[7 - «Госпожа лососевой соли» (англ.).]. Группы Blue ?yster Cult[8 - С альбома «Tyranny and Mutation» (1973).].

Сержант уголовной полиции Эквензи вздернула тонко подведенные бровки:

– Это кто такие?

– Культовые рокеры семидесятых.