На службе зла

 – Шотландец, которого я упек на десять лет. А Брокбэнк – тот, кто твердил, что я проломил ему башку.

– А, ну да.

– У его приемной дочери, Бриттани, на ноге был застарелый шрам. Я же тебе рассказывал.

– Ну-ну, помню.

Отхлебнув пива, Страйк воздержался от саркастических комментариев. Вот если бы с ним за столом сидел не Уордл, а Грэм Хардэйкр, старый приятель из Отдела специальных расследований, уж тот бы воспринял его подозрения всерьез. Сначала Уордл и Страйк относились друг к другу с определенным недоверием, затем как будто соперничали.

Страйк считал, что Уордл своими разыскными способностями даст фору многим столичным полицейским, но при этом отеческая теплота, с которой Уордл пестовал собственные версии, никогда не распространялась на предположения Страйка.

– А что сказали насчет шрама на икре?

– Шрам застарелый. Появился задолго до смерти.

– Етит твою! – вырвалось у Страйка.

Что могло быть важнее того застарелого шрама? Но криминалисты, как ни досадно, не придали ему особого значения.

Даже Уордл, который не упускал ни единого шанса подколоть Страйка, проникся, судя по всему, его тревогой.

– Дружище, – сказал он (и это тоже было внове), – Брокбэнк не при делах. Это Мэлли.

Именно этого Страйк и опасался: что при одном имени Мэлли в Уордле проснется карьерист и полицейский забудет о других подозреваемых, нацелившись на поимку матерого рецидивиста.

– Доказательства есть? – напрямик спросил Страйк.

– Харрингейская преступная группировка контролировала шлюх из Восточной Европы в Лондоне и Манчестере.

Я потолковал с ребятами из отряда по борьбе с проституцией. На прошлой неделе они устроили облаву в борделе неподалеку отсюда и задержали двух молодых украинок. – Уордл понизил голос почти до шепота. – Сейчас их раскручивают наши сотрудницы. У этих украинок была подруга, которая рассчитывала сделать тут карьеру в модельном бизнесе и отказывалась обслуживать клиентов, невзирая на жестокие побои. Две недели назад Диггер за волосы выволок ее из дома, и с тех пор она как в воду канула. А вместе с ней и Диггер.

– Узнаю Диггера, – сказал Страйк. – Хотя совсем не факт, что это ее нога. Кто-нибудь слышал, чтобы он упоминал меня?

– Да, – победно заявил Уордл.

Позабыв о пиве, Страйк опустил кружку. Он не ожидал положительного ответа.

– Серьезно?

– Одна из девиц показала, что точно слышала о тебе от Диггера, причем совсем недавно.