Безымянные культы. Мифы Ктулху и другие истории ужаса

Погибель Дермода

Когда сердце разрывается от боли, когда пелена черной тоски застит взор, когда божий свет не мил и впору наложить на себя руки, отправляйся в город Голуэй, что в графстве с таким же именем, в провинции Коннахт, в государстве Ирландия.

Голуэй еще зовется Городом Племен. Он овеян поистине целительными чарами, и если ты голуэйской крови, то из какой бы дали ни явился, печаль твоя вскоре растает как сон в седой дымке старины, оставив о себе лишь воспоминание, горько-сладкое, будто аромат увядающей розы.

А если пройтись по синеватым коннахтским холмам и подышать соленым и пряным ветром Атлантики, жизненные неурядицы и радости поблекнут и отступят. Все земное утратит свою реальность и суетность, уподобится теням проплывающих по небу облаков.

Я отправился в Голуэй – так раненый зверь заползает в свое логово среди холмов. Впервые этот город предстал перед моим взором, и он вовсе не выглядел чужим или незнакомым. Я как будто вернулся домой. Далекий край, где мне довелось родиться, быстро забывался, и с каждым днем я все глубже врастал в землю предков.

Моя душа изнемогла от страданий. Сестра-близнец, которую я любил, как никого другого, внезапно ушла из жизни. Вот только что рядом звенел ее смех, лучились улыбкой ясно-серые ирландские глаза, а теперь над ней растет холодная жесткая трава. Видит Господь, не одному лишь Его Сыну достались нестерпимые муки распятия.

Меня окутывало мглистое облако горя, смутная грань безумия была уже совсем рядом.

День за днем я просиживал в полном одиночестве, страдая без стонов и слез. Наконец в комнату вошла бабушка, сохранившая в преклонные лета мрачную красоту. Ее взгляд был суров и тверд, и глаза казались омутами, вобравшими в себя все беды и печали ирландского народа.

– Мальчик мой, поезжай в Голуэй. Быть может, древний край излечит тебя, холодное соленое море растворит твою скорбь. Люди в Коннахте добры, они умеют исцелять такие раны…

И я поехал в Голуэй.

Да, его жители и впрямь оказались добрыми.

Они носили знаменитые старинные фамилии: Мартины, Линчи, Дины, Дорси, Блейки, Кированы. Потомки четырнадцати великих кланов, что правили Голуэем.

Я бродил по холмам и долам, беседовал с любезными, притягательно старомодными селянами. Многие из них не забыли славный гэльский язык. Я тоже на нем говорил, хоть и не без труда.

И там однажды вечером, сидя у пастушьего костра, я снова услышал древнюю легенду о Дермоде О’Конноре.