Боги Бал-Сагота (сборник)

Аргивянин стоял, склонив голову и положив руку на рукоять меча, полностью погруженный в мрачные размышления. Глаза Лилиту мгновенно обратились на ее супруга, передавая быстрое сообщение, и оба они стали исподтишка подкрадываться к задумавшемуся человеку. Некий первобытный инстинкт заставил того резко поднять голову. Демоны подкрадывались все ближе, их глаза горели в лунном свете, а руки уже протягивались к нему. Моментально Пирр осознал свою ошибку: он не заставил их дать клятву оставить его в покое. Теперь ничто не стояло между ними и его плотью.

С кошачьим воем демоны прыгнули на него, но еще быстрее он сумел отскочить в сторону и бросился к далекому городу. Слишком поглощенные страстным желанием пролить его кровь, они не думали прибегнуть к колдовству, но погнались следом. Страх окрылил аргивянина, но прямо за собой он слышал топот ног и нетерпеливое частое дыхание преследователей. Внезапно впереди раздался грохот копыт и, выбежав из потрепанной рощи мертвых пальм, он едва не столкнулся со скакавшим во весь опор всадником, в руке которого серебристо поблескивало что-то удлиненное.

Выругавшись от неожиданности, всадник осадил коня. Пирр рассмотрел нависшее над ним могучее тело в чешуе доспеха, горящие из-под шлема глаза и черную бороду.

– Будь ты проклят, пес! – в ярости выкрикнул преследуемый воин. – Явился с мечом докончить то, что начал черным колдовством?

Конь дико взметнулся, когда аргивянин прыгнул вперед и перехватил поводья. Отчаянно ругаясь и пытаясь сохранить равновесие, Нарам-нинуб взмахнул мечом, целясь в голову нападавшего, но Пирр парировал и с убийственной силой ударил собственным мечом снизу вверх.

Острие скользнуло по доспеху и пропахало глубокую борозду вдоль скулы семита. Нарам-нинуб завопил и, обливаясь кровью, свалился с рвавшегося коня. Его нога переломилась, когда он тяжко рухнул на землю, и в ответ на его новый крик из тени рощи раздался издевательский вой.

Не пытаясь успокоить вздыбившегося коня, Пирр вспрыгнул ему на спину и с силой развернул кругом.

Нарам-нинуб стонал, извиваясь на земле. Пирр увидел, как две тени вынырнули из тьмы под пальмами и бросились на лежавшего человека. Ужасающий крик сорвался с губ обреченного семита, и ответом ему был новый взрыв отвратительного хохота. Ночной воздух пропитался кровью, и ночные твари, не различавшие между одним человеком и другим, насыщались ею, лакая как бешеные псы.

Аргивянин направил было коня к городу, но заколебался, охваченный непреодолимым отвращением.