Боги Бал-Сагота (сборник)

Преследовавший ее по пятам залитый кровью демон схватил несчастную за волосы и перерезал ей горло за мгновение до того, как топор Турлоха снял голову с его плеч и отправил ее катиться по улице, сияя посмертной ухмылкой. В то же мгновение внезапный порыв ветра сдвинул извивавшийся дым, и товарищи увидели перед собой раскрытые ворота, под аркой которых кишели краснокожие воины. Яростный вопль, ужасающий наскок, безумное мгновение сметающей все на своем пути ярости, оставившей у ворот груду тел – и они оказались на другой стороне и неслись вниз по склону в сторону маячившего вдали леса и находившегося за ним пляжа.

Впереди них небо начинало светлеть перед восходом. Позади в грохочущей агонии сотрясался гибнущий Бал-Сагот.

Они бежали, как преследуемые охотниками животные, время от времени отыскивая укрытия среди редких рощ, чтобы избежать встречи со спешившими к городу группами дикарей. Захватчики, казалось, заполонили весь остров. Для набега такого размаха их военачальники, должно быть, собрали армию со всех островов на много миль вокруг.

Наконец товарищи достигли полосы леса и вздохнули с облегчением, обнаружив берег совершенно обезлюдевшим. Тут и там лежало множество длинных украшенных черепами боевых каноэ.

Этельстан сел на песок, чтобы перевести дыхание.

– Кровь Тора! Что теперь? Что нам остается, кроме как прятаться в лесу до тех пор, пока эти красные дьяволы нас не выловят?

– Помоги мне столкнуть в воду эту лодку, – приказал Турлох.

 – Лучше уж попытать счастья в открытом море…

– Хо! – выкрикнул Этельстан, вскакивая на ноги и указывая. – Клянусь Тором, корабль!

Солнце только взошло, сияя громадной золотой монетой над самой поверхностью моря, и на его фоне вырисовывался изящный корабль с высокой кормой. Товарищи запрыгнули в ближайшее каноэ, оттолкнули его от берега и принялись грести, как безумные, крича и размахивая веслами, чтобы привлечь внимание команды. Усилия могучих мышц несли изящное судно вперед на невероятной скорости, и вскоре корабль замер и позволил им подплыть к борту.

Из-за поручней на них глядели смуглолицые люди, облаченные в доспехи.

– Испанцы, – пробормотал Этельстан. – Если они меня признают, то лучше мне было остаться на острове.

Но он без колебаний взобрался по цепи, и скитальцы оказались лицом к лицу с облаченным в доспех астурийского рыцаря худощавым мужчиной с серьезным взглядом.