Соломон Кейн и другие герои

– Я, пожалуй, пойду лягу, – решительно сказал Кейн, приканчивая свой ужин. – Мне завтра рано вставать.

– Мне тоже, – присоединился француз. – Ну, хозяин, показывай наши покои!

И двое отправились вслед за молчаливым хозяином по длинному полутемному коридору, провожаемые непроглядными тенями, корчившимися на стенах. Их провожатый нес в руке маленькую свечку, и оттого казалось, будто его коренастое полное тело расплылось еще больше, отбрасывая длинную угрюмую тень.

Он остановился у одной из дверей, показывая, что им предстояло заночевать здесь.

Они вошли. Хозяин зажег в комнате свечку от той, которую принес, и удалился, оставив их наедине. Двое гостей посмотрели сперва кругом, потом друг на друга. Вся обстановка комнаты состояла из двух коек, пары стульев и тяжелого стола.

– Нельзя ли как-нибудь запереть эту дверь? – сказал Соломон Кейн. – Признаться, наш хозяин не внушает мне большого доверия.

– По крайней мере, рейка и ушки для засова здесь есть, – сказал Гастон. – Но где сам засов?

– В конце концов, можно разломать стол и заложить дверь деревяшкой… – задумался Кейн.

– Mon Dieu! – вырвалось у Л'Армона. – Как ты, однако, робок, мой друг!

Кейн нахмурился и довольно резко ответил:

– При чем тут робость? Просто не хочу, чтобы меня зарезали спящего!

– Клянусь моей верой! – расхохотался француз. – Ты ведь и меня первый раз видишь. Мы никогда не встречались, пока я не нагнал тебя в лесу нынче вечером, за час до заката…

Кейн покачал головой:

– Ошибаешься. Я где-то видел тебя раньше… но вот где и когда, сказать не берусь.

Что же касается нашего хозяина… я не люблю пустых подозрений и всякого человека считаю честным, пока доподлинно не удостоверюсь в обратном. А кроме того, я вообще-то очень чутко сплю. И притом обычно кладу пистолет под подушку…

Француз вновь засмеялся:

– Я и то думаю, как это месье не боится спать в одной комнате с незнакомцем… Ха-ха!.. Ну что ж, друг англичанин, делать нечего, пошли позаимствуем засов в одной из соседних комнат!

И они, взяв с собой свечку, выбрались в коридор.

В доме царила полная тишина. Лишь красноватое пламя фитилька недобро подмигивало в густой темноте.

– Других постояльцев здесь нет, не видно и слуг, – пробормотал Соломон Кейн. – Странная таверна… Как бишь она называется? В немецком я не очень силен… ах да! «Расколотый череп». Веселенькое название…

Они заглянули в комнаты, соседние с их собственной, но не нашли ни одного засова, который можно было бы вытащить.