Сводные

– Хм, – удивляется индус, поправляя свой белоснежный тюрбан. – Я буду делать тебе курсовые по латыни весь год, а ты давай отпор моим обидчикам.

– Какой предприимчивый…–  я охереваю. Еще и условия ставит, но предложение выгодное. – По рукам. Как тебя там звать?

Заказываю такси на последние деньги и еду в центр города к отцу. Буду стараться работать на него, несмотря на презрение и праведный гнев, который я испытываю к нему. Понадобится очень много шагов с его стороны, чтобы у меня получилось простить такого мерзавца, да и не до конца уверен я, что это произойдет.

Высоченный небоскреб, чей штиль чуть ли не царапает и не прорезает парящие высоко облака. Суждено подняться на 89й этаж.

Лифт стеклянный. Через пол просматривается шахта, играет расслабляющая музыка. Обожаю высоту, она моя стихия. Появляется предчувствие, что день пройдет прекрасно.

Прошагиваю по красному ковру в сторону ресепшена. Сидит молоденькая девушка за стойкой. На бейджике написано Синтия Шоу. Как же тесен мир! Блондинка, с которой я познакомился утром!

– Здравствуйте, – поднимает от экрана ноутбука  глаза.

Ее зрачки расширяются, на лице появляется улыбка. – Макс, верно?

– Да, – отвечаю. В штанах стоит. Интуиция подсказывает, что под блузкой у нее нет лифчика. Отыметь бы ее на 89м этаже… – Ты тут работаешь?

– Да, – отвечает Синтия и берет трубку. – Ты записан к … мистеру Шеридану?

– Ага.

– Он у себя. Иди к нему, а я сейчас сообщу, – произносит девушка и звонит своему директору.

Милая особа. Таких малышек надо каждый день ласкать. Сегодня же солью в нее горячей, солоноватой жидкости.

Кабинет отца. Богатый интерьер, панорамные окна. Видно, что мужчина способен позволить себе мебель добротного качества и по любой цене.

– Вот и ты, – говорит Патрик Томмикс. Его глаза сверкают, но мне кажется, он сейчас рад видеть не сына, а человека, способного помочь ему еще больше обогатиться. Все используют друг друга: кто- то меньше, кто- то больше. Оглянитесь, и вам станет ясно.

 – Ты пришел вовремя. Готов?

– Да, – отвечаю. Пристраиваюсь на мягком кресле и бросаю взгляд на десятки международных грамот и статуэток.

Дверь открывается. Это могла быть Синтия, держащая в руках поднос с чаем и сладостями, но передо мной возник низкорослый мужчина с густой щетиной в белом костюме.

– Мистер Томмикс, вы звали меня? – осведомляется коротышка. Лицо грубое, отталкивающее. В глазах читается наличие ума, возможно, еще и толика  хитрости.