Число зверя

Они градуированы, но шкала всего в пятнадцать милов в каждую сторону. Когда я навожу перекрестье на центр Марса, то за пределами этой пятнадцатимиловой окружности остается еще довольно широкая полоса. Придется прикинуть на глаз. Так: полоса примерно восемнадцать милов в ширину. Ну вот, умножь это на два и прибавь тридцать.

– Шестьдесят шесть милов.

– А в одном миле у нас тысяча. Строго говоря, тысяча восемнадцать с небольшим, но будем считать, что тысяча. Подожди-ка! У меня тут видны две четкие точки вблизи меридиана – если считать меридианом линию, соединяющую полярные шапки.

Дай-ка я наклоню наш драндулет и проведу через них прямую, а потом мы слегка сменим курс и решим задачу за три шага, если за один не получается.

Я увидела, как «верхняя» полярная шапка, та, что побольше (северная? южная? я почему-то была уверена, что северная), медленно поворачивается градусов на восемьдесят (мой муж орудовал штурвалом).

– Двадцать девять и пять десятых… плюс восемнадцать и семь… плюс шестнадцать и три.

Сложи.

– Шестьдесят четыре с половиной, – ответил мой отец. Я еще раньше произнесла «шесть четыре запятая пять», только не вслух, а про себя.

– Кто знает, какой диаметр Марса? Или Аю спросить?

– Примерно шесть тысяч семьсот пятьдесят километров, – откликнулась Хильда.

Для расчетов Зебадии эта «примерная» цифра была более чем достаточно точной.

– Шельма! Откуда ты знаешь такие вещи?

– Я читаю комиксы. «Зап! Полярис пропал!» и всякое такое.

– Извини, я комиксов не читаю.

– В комиксах куча интересного, Зебби. А разве в аэрокосмических войсках не применяются учебные пособия в форме комиксов?

У моего возлюбленного покраснели уши.

– Кое-какие применяются, – сказал он, – но там все выверено с точки зрения технической точности. Пожалуй, я лучше сверюсь с Аей.

Я люблю своего мужа, но бывают моменты, когда женщины должны стоять друг за друга.

– Не утруждай себя, Зебадия, – ледяным тоном сказала я. – Тетя Хильда не ошиблась. Полярный диаметр Марса – шесть семь пять два запятая восемь плюс.

Но тебе для расчетов вполне хватит трех значащих цифр.

Зебадия ничего не ответил… но спрашивать у своего компьютера не стал. Вместо этого он сказал:

– Второй пилот, будь добр, просчитай расстояние на своем карманном калькуляторе. На такой дистанции можно считать его как тангенс.

Тут уж я молчать не стала. Меня возмутило удивление Зебадии по поводу того, что Хильда имеет какое-то понятие об астрономии.