Достаточно времени для любви, или Жизнь Лазаруса Лонга

– Лазарус…

– Да, сынок? Замечтался… о стране далекой, и девке, той, что умерла[31 - Парафраз строки из трагедии Кристофера Марло «Мальтийский еврей». – Примеч. С. В. Голд.]. Извини.

– Вы могли бы помочь Минерве в ее поисках.

– Неужели? Едва ли. Она лучше меня умеет искать иголку в стоге сена. И впечатляет в этой роли.

– Да, но ей нужны данные. А в наших знаниях о вас огромные пробелы. Если бы мы – Минерва то есть – знали все пятьдесят с лишком ваших специальностей, можно было бы отменить несколько тысяч возможных.

Например, случалось ли вам быть фермером?

– Несколько раз.

– Да? Теперь она это узнает и не предложит ничего связанного с сельским хозяйством. Хотя могут существовать виды сельского хозяйства, вам неизвестные, но степень новизны, конечно же, не будет отвечать вашим требованиям. Почему бы вам не составить перечень того, чем вы занимались?

– Сомневаюсь, что запомнил их все.

– Ну, этому ничем не поможешь. Но составление перечня может вызвать новые воспоминания.

– Ух… дай подумать.

Всякий раз, оказавшись на населенной планете, я прежде всего принимался изучать местные законы. Не затем, чтобы практиковать… Впрочем, какое-то время я был очень даже деятельным адвокатом по уголовным делам – это было на Сан-Андреасе. Но обычно я делал это для того, чтобы усвоить ключевые правила. Нельзя же показать прибыль или – что то же самое – скрыть ее, если не знаешь правил, по которым ведется игра. Закон следует нарушать со знанием дела – это куда безопаснее, чем преступать его по неведению.

Но однажды это привело к противоположному результату, и меня сделали председателем Верховного суда планеты – как раз вовремя, чтобы спасти мою шкуру. И шею.

Так, посмотрим: фермер, адвокат, судья… как я упоминал, приходилось заниматься медициной. Шкипер – на самых разнообразных судах, чаще всего исследовательских, но иногда на грузовых или эмигрантских. А однажды я был капитаном на капере с командой из таких негодяев, которых к маменьке на чай не пригласишь. Учителем был – только меня выгнали, когда узнали, что я преподаю детям чистую правду, – это считается особо тяжким преступлением в любой части Галактики.

Однажды участвовал и в работорговле, но как потерпевшая сторона – был рабом.

Я заморгал от удивления.

– Не могу себе этого представить.

– К несчастью, мне ничего представлять не пришлось. Был жрецом…

Я снова вмешался:

– И жрецом? Лазарус, вы же говорили или намекали, что у вас нет никаких религиозных убеждений.