Достаточно времени для любви, или Жизнь Лазаруса Лонга

Мои вложения и наличность – если никто не спер их, пока я ими не занимался, – могут изменить ситуацию. Возможно, их будет достаточно, чтобы стимулировать миграцию. Если попечители не поддержат ее. А они не сделают этого.

Везерел не ответил. Лазарус свирепо взглянул на него.

– Тебя мама не научила говорить «спасибо»?

– За что, Лазарус? За то, что вы отпишете мне после смерти ненужный вам капитал? Если вы поступите так, то ради собственного тщеславия, а не потому что хотите доставить мне удовольствие.

Лазарус ухмыльнулся.

– Да, черт побери. Я хотел бы, чтобы планету назвали моим именем. А как еще я могу обеспечить соблюдение этого требования? Хорошо, мы друг друга поняли. И я думаю… Ты уважаешь хорошую технику?

– А? Да. Настолько же, насколько презираю машины, которые не делают то, ради чего их, по идее, создали.

– Мы по-прежнему понимаем друг друга. Я полагаю, что могу завещать «Дору» – мою яхту – лично тебе, а не исполняющему обязанности председателя, если ты запустишь миграцию.

– Ах, Лазарус, вы заставляете меня благодарить.

– Не стоит. Лучше будь добр с ней. Хороший кораблик, она ничего не видела, кроме добра. Из нее получится хороший флагман. После небольшого переоборудования – это можно сделать через бортовой компьютер – она сможет принять на борт человек двадцать или тридцать. В ней можно садиться на планеты, производить разведку и вновь стартовать – твои транспорты наверняка не способны на это.

– Лазарус… мне не нужны ни ваши деньги, ни яхта. Позвольте им закончить омоложение и собирайтесь с нами.

Я отойду в сторону, вы станете боссом. Или же – если хотите – не будете иметь никаких обязанностей, но присоединяйтесь!

Лазарус мрачно усмехнулся и покачал головой.

– Если не считать Секундуса, я участвовал в колонизации шести девственных планет. Причем открытых мною же. Но уже несколько столетий назад забросил и это дело. Со временем надоедает совершенно все. Или ты думаешь, что Соломон обслуживал всю тысячу своих жен? Что же тогда досталось последней? Бедная девочка! Придумай для меня нечто совершенно новое – и я не прикоснусь к этой кнопке и отдам все, что у меня есть, для твоей колонии.

Вот это будет честный обмен. А это половинное омоложение меня не устраивает: и помереть не можешь, и чувствуешь себя плохо. Я застрял на полпути между кнопкой и полной обработкой. Я похож на осла, который сдох от голода между двумя охапками сена. Но только это должно быть нечто действительно новое, Айра, такое, чего я еще не делал.