Двери иных миров

И все-таки Рэндалл сделал попытку. Вынув из нижнего ящика стола свою технику, он опылил и бумагу, и машинку – одинаково безрезультатно. Не было даже отпечатков пальцев Синтии, которые могли бы запутать дело; отличаясь образцовой аккуратностью, она ежедневно протирала машинку перед уходом домой.

– Сдается, ты видел, как он выходит из конторы, а не входит в нее, – заметила Синтия, наблюдая за бесплодными стараниями мужа.

– Чего? Как это?

– Вскрыл, наверное, замок.

– Только не этот. Ты забываешь, что этот замок – одно из высших достижений мистера Йейла.

Сломать его, очень постаравшись, можно, но вскрыть – никогда.

Синтия не ответила, она просто не знала, что и ответить. Рэндалл посмотрел на машинку с таким выражением, словно хотел спросить у нее, что же произошло в этой комнате, затем выпрямился, собрал свое хозяйство и засунул его в ящик.

– Что-то есть мерзкое во всей этой истории, – сказал он, начиная нервно расхаживать по слишком тесной для такого занятия комнате.

Синтия вынула из своего стола тряпочку, стерла порошок с машинки, села и стала молча смотреть на взволнованного мужа.

Беспокойство, отражавшееся на ее лице, не было беспокойством за себя, однако назвать его полностью материнским тоже было нельзя. Она беспокоилась за них обоих, за всю семью.

– Син, – резко остановился Рэндалл. – Этому нужно положить конец.

– Вот и прекрасно, – согласилась Синтия. – Давай положим этому конец.

– Каким образом?

– Уедем в отпуск.

Рэндалл покачал головой.

– Я не могу сбежать от этой истории. Я должен знать.

– А вот я бы предпочла ничего не знать, – вздохнула Синтия. – Мы встретились с чем-то слишком огромным, бороться нам просто не под силу – так что же постыдного будет в бегстве?

– Что это с тобой, Син? – недоуменно посмотрел на нее Рэндалл. – Раньше ты никогда не трусила.

– Да, – медленно произнесла она. – Я никогда не трусила. Но у меня никогда и причин к тому не было. Погляди на меня, Тедди, – ведь ты знаешь, что я не из «женственных» женщин.

Мне совсем не надо, чтобы ты ввязывался в драку, когда в ресторане ко мне пристает какой-нибудь балбес. Я не начинаю визжать при виде крови и не требую, чтобы ты исключил из своего лексикона выражения, не достойные моих нежных девичьих ушек. А что касается работы – разве я тебя хоть раз подводила? Я имею в виду – из-за трусости. Подводила?

– Кой черт, конечно нет. А я этого и не говорю.

– Но здесь совсем другое дело.