Кот, который ходил сквозь стены

Это же касалось и деревца – дурацкая покупка из тех, которые охотно совершают туристы. Но остальной багаж пришлось бросить.

Возможно, когда-нибудь мы получили бы его, если бы нашелся безопасный способ пересылки. Но я заранее списал наше имущество со счетов. Упрекнув меня в недовольном ворчании из-за того, что Гвен слишком потратилась, доктор Шульц помог мне сориентироваться. Я слишком размяк, сидя дома, доктор же вернул меня к реальности, в которой существуют лишь две разновидности людей – быстрые и мертвые.

Пересекая зал ожидания, я вновь остро осознал истинность этого утверждения: позади нас появился главный проктор Франко.

Похоже, он не обращал на нас внимания, а я изо всех сил делал вид, что не обращаю внимания на него. Казалось, главный проктор хотел лишь одного: добраться до группы своих подчиненных, охранявших шлюз перед пассажирским туннелем. Он устремился прямо к ним, в то время как я буксировал свое небольшое семейство, двигаясь вдоль леера, который тянулся от входа до нужного мне угла.

Когда мы туда добрались и дверь «Бюджет-джетс» закрылась за нами, я вновь обрел способность дышать, а мой желудок наконец-то вернулся на место.

В офисе «Бюджет-джетс» мы обнаружили местного управляющего, мистера Доквейлера, который сидел, пристегнувшись, за столом, курил сигару и читал лунный выпуск «Ежедневного бюллетеня скачек».

– Прошу прощения, друзья, – сказал он, отрываясь от чтения, – но у меня нет ничего напрокат или на продажу. Даже ведьмовской метлы.

Вспомнив, кто я такой – сенатор Ричард Джонсон, представитель невероятно богатого и известного во всей системе синдиката почивающих на лаврах, один из самых могущественных воротил в Гааге, – я позволил сенатору говорить за меня.

– Сынок, я сенатор Джонсон. Насколько мне известно, моя сотрудница забронировала сегодня на мое имя… «кукушку-супер».

– О! Рад познакомиться, сенатор, – он прикрепил зажимом газету к столу и отстегнул ремень. – Да, у меня есть ваша бронь. Но это не «супер», а «вольво».

– Что?! Я же ясно сказал той девушке… Ладно, не важно. Поменяйте, пожалуйста.

– С удовольствием, сэр, но ничего другого нет.

– Жаль. Не будете ли вы так любезны проконсультироваться с вашими конкурентами и найти мне…

– Сенатор, во всем «Золотом правиле» не осталось ни одной машины напрокат. «Моррис-гараж», «Локхид-фольксваген», «Герц», «Интерплэнет» – в течение последнего часа все посылают друг другу запросы. Никаких шансов. Полный ноль. Машин нет.