«Уолдо», «Неприятная профессия Джонатана Хога» и другие истории

– Например?

– Во-первых, относительно отпуска. Сам понимаю, что расклеился. Переутомился, так что, похоже, нужен отпуск. А во-вторых, я к вам насчет Уолдо.

– То есть?

– Вот именно. Насчет Уолдо Фартингуэйт-Джонса, благослови Господь его непреклонное и злое сердце.

– Уолдо? Уж он-то тут каким боком? Никак тебя вдруг заинтересовала myasthenia gravis?[5 - Myasthenia gravis – хроническое заболевание, при котором происходит нарастающее ослабление всех мышц организма. – Примеч. С. В. Голд.]

– Ни в коем разе.

Его состояние мне абсолютно без разницы, страдай он плюс ко всему еще и чесоткой, перхотью и бессонницей, чего от души ему желаю. Но мне надо задействовать его мозги.

– Ах вот как?

– В одиночку мне не справиться. Тот еще, знаете ли, людям помощничек ваш Уолдо. Он мастер только ими пользоваться. Вы – это его единственный нормальный человеческий контакт.

– Ну, это не совсем так…

– А с кем еще у него контакт?

– Ты не так понял. У него нет контакта ни с кем. Я просто единственный человек, у которого хватает наглости с ним не церемониться.

– А я-то думал!.. Впрочем, не важно. Неужто вы считаете такое положение нормальным? Уолдо – это человек, без которого нам не обойтись. Где написано, что гений его масштаба обязательно должен быть таким неприступным, таким неподатливым на рядовые общественные запросы? Не надо. Понятно: это во многом продиктовано его хворобой, но почему, почему именно она именно к нему привязалась? Вероятность случайного совпадения тут исчезающе мала.

– Его немочь тут ни при чем, – ответил Граймс. – Вернее, при том, но не с того боку, с которого ты подступаешься. Его гениальность некоторым образом проистекает из его слабости…

– То есть?

– Ну-у…

Граймс погрузился в собственные мысли и дозволил себе умом вернуться вспять к долгим – длиною в целую жизнь (разумеется, жизнь Уолдо) – размышлениям об этом своем особом пациенте. Припомнились какие-то подсознательные опасения, когда он принял этого младенца во время родов. Внешне младенец выглядел приемлемо, разве что был несколько синюшный.

Но в родилках того времени множество малышей являлось на свет с небольшим цианозом. И тем не менее как-то рука не поднималась шлепнуть новорожденного по попке, чтобы тот от удара впервые хватил полные легкие воздуха.

Однако собственные чувства были подавлены, «рукоприкладство» состоялось по всем правилам, и новорожденный человечек провозгласил свою независимость вполне удовлетворительным криком.