Время для звезд

Чибис изменилась в лице.

Звезда – источник жизни. Планеты – только ее вместилища. Отсеките звезду – и планета начнет остывать. Необратимо.

Как скоро замерзнет воздух? Сколько часов или дней до абсолютного нуля? Я содрогнулся и покрылся мурашками. Хуже, чем на Плутоне…

– Мамми? А когда это сделают?

Совесть говорила, что я обязан был выступить, что даже черверотые не заслуживают такого. Взорвите их, расстреляйте – но не замораживайте!

Это уже сделано, пропела она так же скорбно.

– Что?

Исполнитель только ждал приговора.

Тот приводится в исполнение немедленно. Планету повернули еще до того, как я подошла к вам. Так лучше.

Я сглотнул и услышал, как отозвалось в моем мозгу: «Что делаешь, делай скорее…»[20 - Иоанн, 13: 27.]

Не думайте больше об этом, быстро проговорила Мамми. Теперь вам понадобится все ваше мужество!

– Почему? Что нас ждет, Мамми?

В любой момент вас призовут на суд.

Я так и застыл, молча глядя на нее, – я-то думал, что все закончилось.

Чибис осунулась и побледнела, но не заплакала. Она облизнула губы и тихо спросила:

– Ты пойдешь с нами, Мамми?

Дети мои! Я не могу. Вы должны сами пройти через это.

У меня прорезался голос:

– Но за что нас судить? Мы никому не причинили зла. Мы не сделали ничего плохого.

Не вы лично. Судят вашу расу. Вы – ее представители.

Чибис посмотрела на меня – и я испытал прилив трагической гордости оттого, что в решающую минуту она повернулась не к Мамми, а ко мне, человеческому существу.

Я знал, что она думает о том же, что и я: о корабле, висящем рядом с Землей и в то же время за триллионы миль от нее, в каком-нибудь кармане, складке пространства, куда не достанет ни один радар.

Земля, зеленая и золотая, прекрасная и удивительная, нежится в ласковом свете Солнца…

Бесцветный голос – и нет Солнца.

Нет звезд.

Рванется осиротевшая Луна и продолжит свое вращение вокруг Солнца надгробной плитой на могиле людских надежд. На Лунной базе, в Луна-Сити и на станции Томбо протянут последние недели или даже месяцы несколько человек, единственные выжившие люди.

Потом и они умрут – если не от удушья, то от горя и одиночества.

– Кип, она не взаправду! – резко произнесла Чибис. – Ну скажи, что нет!

Я хрипло произнес:

– Мамми, исполнители уже ждут?

Она не ответила мне. Она ответила Чибис:

Это взаправду, доченька. Но не пугайся. Прежде чем везти вас сюда, я добилась обещания.