Время для звезд

Оглянуться невозможно, приходится поворачиваться всем телом. Каждые несколько секунд мне хотелось посмотреть, нет ли погони, – но я не мог тратить на это силы. Все время казалось, что нам дышат в затылок, чудилась рука черверотого на плече. Я со страхом вслушивался, хотя в вакууме шаги не звучат.

Будете покупать скафандр, потребуйте, чтобы его оснастили зеркалом заднего вида. Пусть вам не понадобится убегать от черверотых, но даже лучший друг, подкрадывающийся сзади, действует на нервы. Да, захватите зонтик от солнца.

Оскар старался изо всех сил, и в «Йорке» делают кондиционеры на совесть – но Солнце, не смягченное атмосферой, палит нещадно, а я не смел тратить воздух для охлаждения, во всяком случае тратил не больше, чем Чибис.

Становилось жарче, с меня тек пот, вся кожа зудела, но почесаться было невозможно. Пот жег глаза. Чибис, должно быть, уже сварилась. Даже когда колея проходила по глубоким расщелинам, освещенным только отраженным светом, и приходилось включать нашлемные фонари – все равно было жарко.

Когда же мы снова выбирались на солнце, пекло становилось почти невыносимым. Искушение нажать подбородком на рычажок и впустить воздух было слишком велико. Желание охладить тело брало верх над необходимостью дышать.

Будь я один, наверное, так бы и сделал – и умер. Но Чибис приходилось хуже, чем мне. И раз она до сих пор выдержала, я тоже не мог сдаться.

Раньше я удивлялся, как нам удалось заблудиться так близко от человеческого жилья – и как хитроумно чудовища спрятали свою базу всего в сорока милях от станции Томбо.

Что ж, у меня было время поразмыслить. Оглядывая лунную поверхность, я понял причину.

В сравнении с Луной Арктика просто кишит людьми. Площадь Луны примерно с Азию – а народу там меньше, чем в Сентервилле. На исследование равнины, где обосновались черверотые, могло уйти столетие.

С пролетающей ракеты ничего не заметить, даже не будь база замаскирована. Пешком человек в скафандре туда не дойдет. Человек в вездеходе наткнулся бы на это логово только случайно, даже если бы пробрался нашим путем и исколесил всю равнину.

Был еще лунный картографический спутник, который делал снимки поверхности. Но слишком мала вероятность, что фотограмметрист в Лондоне обнаружил бы нечто необычное. Возможно, обнаружил бы. Возможно, еще через несколько лет кто-нибудь попытался бы проверить – если бы ему не помешало что-то более срочное. У первопроходцев все необычно и все срочно.