Звездный десант

Он был убежден, что выдуманная действительность не может быть опрокинута на читателя в первых же абзацах произведения, а должна проявляться постепенно, прорастая сквозь реальность.

    Роберт Сильверберг

Именно Хайнлайн научил меня оспаривать общепринятую версию чего бы то ни было.

    Сэмюэл Дилэни

* * *

Посвящается «сарджу» Артуру Джорджу Смиту – солдату, гражданину, ученому – и сержантам всех времен, не жалевшим труда, чтобы воспитать из мальчиков мужчин

1

Вперед, обезьяны! Вы что, хотите жить вечно?

    Неизвестный сержант, 1918

Перед десантированием я всегда трясусь от страха.

Конечно, сначала меня подвергают медикаментозной и гипнотической обработке, и это подразумевает, что бояться я не способен в принципе. Пока я спал, бортовой психиатр изучал волны моего мозга и задавал дурацкие вопросы, а потом объяснил: это никакой не страх и вообще ничего серьезного, ретивая скаковая лошадь перед стартовыми воротами тоже дрожит от нетерпения.

Не знаю, что и сказать, – в шкуре скаковой лошади не побывал.

Но факт остается фактом: каждый раз перед высадкой меня бьет проклятый мандраж.

За полчаса до начала высадки мы собрались в десантном трюме «Роджера Янга»[1 - Роджер Уилтон Янг (1918–1943) – американский солдат-пехотинец. во время Второй мировой войны, вопреки полученному приказу отступать, он, раненный, пополз к японскому доту, стреляя и кидая гранаты. Янг погиб, но благодаря его подвигу товарищи Роджера смогли отступить без потерь. – Здесь и далее примеч.

Е. Доброхотовой-Майковой.], и командир взвода устроил нам проверку. На самом деле он временно исполнял обязанности взводного, поскольку лейтенанта Расчека мы потеряли в последнем бою. Штатная же должность борт-сержанта сверхсрочной службы Джелала – заместитель командира взвода.

Джелли был финско-турецкого происхождения, родом с Искандера, который обращается вокруг Проксимы. Чернявый и низкорослый, он смахивал на клерка. Но однажды этот «клерк» у меня на глазах управился с двумя разбушевавшимися рядовыми, да какими здоровенными! Ему пришлось вскинуться на цыпочки, чтобы схватить их за грудки и стукнуть головами.

Грохот был такой, будто кокосовые орехи со всей дури шарахнули друг о дружку, а затем сержант отошел, позволив буянам растянуться на палубе.

В личное время он был неплохим парнем для сержанта, даже позволял называть себя «Джелли» в лицо. Конечно, не новичкам позволял, а только тем, у кого на счету минимум одна боевая высадка.