Клуб самоубийц

– Я так и предполагал, – отвечал с невозмутимым благодушием принц, – но только мне не хотелось напоминать вам разницу между мною и вами… Довольно, довольно, ни слова больше! – прибавил он, заметив, что полковник Джеральдин собирается оправдываться. – Охотно извиняю.

И он продолжал спокойно курить, прислонившись к решетке и дожидаясь возвращения молодого человека. Когда тот вернулся, принц спросил:

– Ну что же, примут нас или нет?

– Идите за мной, – был ответ. – Председатель клуба просит вас к себе в кабинет.

Предупреждаю вас, чтобы вы отвечали ему вполне откровенно на его вопросы. Я за вас хоть и поручился, но клуб наводит всегда тщательные справки о каждом вступающем, потому что малейшей нескромности кого-нибудь из членов общества он может вдруг оказаться закрытым навсегда.

Принц и Джеральдин на минуту подняли друг на друга головы.

– Поддерживайте меня, – сказал один.

– А вы меня, – сказал другой.

В один миг они пришли к соглашению и были готовы идти за своим проводником к председателю клуба.

Добраться до председателя было не особенно трудно. Входная дверь была открыта совсем, а дверь в председательский кабинет стояла приотворенной. В этой небольшой, но очень высокой комнате молодой человек снова оставил их одних.

– Председатель сейчас придет, – сказал он, уходя и кивнув на прощанье головой.

Через двустворчатую дверь в кабинет доносились из соседней комнаты голоса. Потом там хлопнула пробка шампанского. Послышался взрыв смеха поверх гула разговоров.

Единственное большое окно кабинета выходило на реку и на плотину, и по расположению фонарей принц и полковник догадались, что дом находится недалеко от Чэринг-Кросского вокзала. Мебель была очень скудная с протертой до нельзя обивкой. Посредине стоял круглый стол со звонком, по стене висели на деревянных вешалках верхние пальто и шляпы.

– В какой это вертеп мы попали? – сказал Джеральдин.

– За этим-то я и пришел, чтобы посмотреть, – возразил принц. – Если окажется, что они держат здесь у себя живых чертей, то для нас будет тем забавнее.

Двустворчатая дверь отворилась и пропустила человека. С ним вместе ворвался в комнату гул голосов. Перед посетителями стоял сам страшный председатель клуба самоубийц. Ему было на вид лет пятьдесят или больше. Он вошел размашистой походкой. На щеках у него были густые бакенбарды, на голове, на самой маковке, большая лысина. Серые глаза были прищурены, но в них временами сверкал яркий блеск.