Похищенный. Катриона

Дезертирство во время боя я считал поступком совершенно непростительным для дворянина. Но, несмотря на молодость, я был не настолько глуп, чтобы высказать Алану свое суждение.

– Да ведь вам за это полагается смертная казнь! – воскликнул я.

– Да, конечно, если меня поймают, то приговор будет краток, а веревка длинна. Но у меня в кармане лежит патент офицера французской армии. А это все-таки как-никак гарантия.

– Весьма сомневаюсь.

– Я сам иногда сомневаюсь, – сухо промолвил Алан.

– Но позвольте, как же так: вы, осужденный мятежник, дезертир, да еще к тому же служите французскому королю.

Что же побуждает вас приезжать сюда? Вы искушаете свою судьбу.

– Вздор. После сорок шестого года я все время приезжаю в Шотландию и, как видишь, жив.

– Но зачем вы едете, чего ради?

– Чего ради? Как же, я тоскую по родине, по друзьям. Франция, что и говорить, страна славная, но порой мечтаешь о вереске, об оленях. И потом, у меня здесь дела. Набираю рекрутов для французского короля, а это какой-никакой, а все же доход.

Но главное – это поручения моего вождя, Ардшиля.

– Мне казалось, что вождя вашего клана зовут Аппин.

– Верно, но Ардшиль – предводитель клана, – пояснил Алан, хотя едва ли это могло мне что-нибудь пояснить. – Видишь ли, Дэвид, он, человек столь высокого положения, потомок королей, с королевским именем, обречен теперь прозябать в захолустном французском городишке на положении частного лица. Он, которому стоило только кликнуть, и под его знамена становились четыре сотни ратников! А теперь, что бы ты подумал! Я видел своими глазами: покупает на рынке масло и несет его домой в капустном листе! Больно, да не только больно – позор всем нам, всему нашему роду и клану! А дети его, там на чужбине, надежда Аппина… Их надо ведь обучить наукам, показать, как держать шпагу! Бедные арендаторы Аппина принуждены платить подать королю Георгу, но сердца их непоколебимы.

Они преданы своему вождю! Бедный народ собирает по крохам ему вспоможение, а почему? Потому что любят! Конечно, кое-кого и постращать приходится, но собирают. И мне, Дэвид, поручено перевозить эти деньги!

С этими словами он стукнул кулаком по поясу, и я услышал звон золотых гиней.

– Неужели они платят обоим?

– Да, что поделать, Дэвид.

– Как! Быть не может!

– Да, Дэвид. Этому шкиперу я, конечно, наплел, но тебе говорю правду. Да-а, просто дивишься порой, как мало требуется принуждения.