Мои Белые Боги

Раненых было мало: у одного глаз опух до размера с грецкий орех, верно запущенное воспаление, второй палец себе случайно отрубил. Дел было немного. Саша попыталась выяснить, что случилось с прежними ранеными, особо с тем, у которого была сломана нога. Женщины с удивлением смотрели, как изо рта Саши выходят знакомые слова, но слов для общения оказалось маловато, выяснить ничего не удалось, к тому же Хала взяла ее за руку и ласково сказала: – Пошли.

И они пошли по большому коридору, свернули в просторную кладовую.

Это было похоже на кладовую. В стенах имелись полки-ниши, на которых разместился хозяйственный скарб. Плетеные корзинки, посуда из дерева и камня, ножи из металла и пара тележек. Настоящих тележек! Почти таких же как у двоюродной бабушки на даче. Две ручки, емкость, больше похожая на ванную для младенца и колесо из камня. Вообще камень в укреплении был двух видов: из белого были выложены стены, ограждения и перегородки между комнатами, второй тоже белый, с серыми прожилками легкий – из него были сделаны двери, часть ножей, посуды и колеса для тележек. Саша впервые подметила разительный контраст между плохо одетыми бангки и красотой сооружения-храма. Что-то не вязалось. В лицее единственный предмет, по которому у Саши имелась четверка была история. Ну не любила она этот список дат, которые нужно связать с событиями. Да и четверку ей поставили только потому, что по остальным предметам она училась на отлично. Какой-то парадокс разума. Бывают люди в чем-то одном сильны, в конкретно взятом примере, на одной конкретно взятой личности – она была не сильна в истории. Ну да бог с ней. Про войны и борьбу за ресурсы и слышала, и догадаться не трудно. Бангки подчиняются тем хорошо одетым мужчинам. Вероятно, имеет место встреча двух разных по техническим возможностям народам. Надо же, Грис показался таким приятным и вот тебе – поработитель.

Хала сгрузила в тачку «торф» и они медленно поплелись по коридору за скучной, однообразной работой.

Останавливались у ниш, чистили от остатков старого «торфа», клали свежий. Потом Хала брала два серых, похожих на пемзу камня, ловко выбивала искру, от которой горючее тут же загоралось и они шли дальше. И так зажгли не менее тридцати ниш. Перед одной из дверей Хала сказала: – Пойдем, – и открыла дверь. На лице Сашеньки поплыла улыбка. Кухня. Милая сердцу кухня, где едят котлетки с пюрешечкой, пьют чай с пирожными и над столом висит плетеный абажур.