Граница

Нынче ночью люди потерпят поражение, падет их последний оплот. Все еще стреляли пулеметы на сторожевых башнях, били и пистолеты, и винтовки на стене, но было понятно, что патроны скоро закончатся и винтовки превратятся в простые дубинки. Он видел десятки лезущих на стену врагов и еще десятки толпящихся внизу – целая армия злобных чудовищ, их было так много, что, казалось, шевелится сама земля.

Их надо как-то сбросить со стен, подумал Этан. Стряхнуть вниз по склону холма, чтобы сама земля поглотила их. Но какая сила способна на такое?

В шуме стрельбы, криков и воплей – это женщина неподалеку отчаянно отстреливалась от нападавших – ему вдруг пришла в голову мысль, что он обязательно должен сейчас прижать ладони к камням стены и тем самым словно прикоснуться к лежащей за стеной земле.

Слепить из нее нечто, придать ей нужную форму. А потом представить себя ее господином и повелеть ей сделать то, что по его желанию должно случиться.

Четкий и ясный внутренний голос говорил, что сейчас это именно то, что надо, как и тогда, когда велел ему спуститься в пустой бассейн.

«Просто коснись камней стены, – звучало в голове, и он слышал собственный голос, но гораздо более твердый и уверенный. – Просто коснись этих булыжников и представь себе…

…как сотрясается земля».

«Но я ведь просто мальчишка! – подумал он. – Я не умею! У меня не получится!»

Однако стоило Этану подумать об этом, как он понял, что серые уже перелезают через стену, за ними ползут вверх другие, а патроны кончаются и времени осталось совсем мало, еще чуть-чуть – и все защитники будут мертвы.

«Землетрясение», – подумал он.

«У тебя все получится», – прозвучал в голове голос. Это был его собственный голос, хотя немного другой. Возможно, более возмужалый. Голос человека, который знает кое-что такое, что самому Этану еще неизвестно, что узнать он еще боится. Страх почти парализовал его. Он стоял без движения и ждал конца.

«У тебя получится, – повторил голос. – Слушай, что я тебе говорю. Попробуй. И сделай это немедленно, пока еще не поздно».

Он понятия не имел, как это делается, но понял главное: от него ждут действий. Конечно, все это кажется ему сущим безумием, но он должен попробовать.

Этан прижал ладони к камням стены. Выглянув, увидел полчища штурмующих врагов. Сделал глубокий и долгий вдох – легкие его все еще побаливали, – а когда выдохнул, живо представил себе картину: склон холма движется, как змеиная кожа, и он всем своим существом сосредоточился на этом.