Зов ночной птицы

– Но я не понимаю, почему… – Она умолкла, не договорив, и по ее лицу расплылась понимающая улыбка, а глаза восторженно засияли. – А-а, ну конечно же! Кто-то выболтал ваш секрет, да?

– Прошу прощения?

– Можете мне довериться, сэр! Я буду нема как рыба!

– Вам нет нужды уподобляться рыбе, мадам. Если вы думаете, что мы завладели мешком золотых монет и хотим сохранить это в тайне, вы глубоко заблуждаетесь.

Монета лежала в кармане бриджей Мэтью, и он мог бы ее продемонстрировать, но засомневался, пойдет ли эта демонстрация на пользу или только вызовет новые пересуды.

– Я нашел всего лишь одну монету, – сказал он.

– Да, конечно, – подхватила она все с той же улыбкой. – Конечно, только одну. Отныне именно так я и буду говорить всем, кто меня спросит… – Она с надеждой посмотрела на судью. – Как скоро мы будем вешать ведьму, сэр?

– Ну, я…

– Я бы хотела знать это заранее, чтобы напечь пирогов на продажу. Уверена, там соберется много людей. Весь город соберется, как пить дать.

Вудворду понадобилось несколько секунд, чтобы оправиться от шока, вызванного столь беспардонным напором.

– Ничего не могу вам сказать на сей счет, миссис Воган. В настоящее время мы не планируем постройку эшафота.

– Вот как? – Ее улыбка начала гаснуть, а по краям губ в форме лука Купидона появились складочки. – Я думала, вы прибыли к нам, чтобы провести казнь.

– Очевидно, не вы одни так думали. Я здесь, чтобы соблюсти правосудие.

– Понимаю. Вы о том, что казнь все-таки будет, но ее могут отложить на несколько дней?

Теперь настал черед Вудворда разглядывать землю под ногами.

– Эта ведьма должна болтаться в петле! – не унималась миссис Воган, и ее поначалу приторно-сладкий тон теперь уже отдавал кислятиной. – Ради этого города и всех, кто в нем живет, ее надо казнить как можно скорее! Хотя, конечно, сперва нужно соблюсти правосудие. Вы можете сказать, когда это случится?

– Нет, пока не могу.

– Но… все в вашей власти, не так ли? Вы ведь не позволите ведьме слишком долго оставаться в живых, навлекая на нас проклятие?

– Господин судья!

Вудворд и Мэтью заметили экипаж Бидвелла, остановившийся неподалеку, перед поворотом на улицу Мира. Бидвелл снял треуголку и держал ее обеими руками, в каковом жесте Вудворд усмотрел признак раскаяния.

– Добрый день, миссис Воган! – кивнул женщине Бидвелл.