Мастер и Мармеладов

Оба молчали, выжидая, кто заговорит первым, пораженные зрелищем, которому только что стали свидетелями. Ханс пытался осмыслить, как можно было устроить такой удивительный сеанс черной магии в часовне и зачем вообще был предпринят такой спектакль в связи с «маленькой трехдневной комой» Колдбурна. И. Ти. видел во всем произошедшем подтверждение тому, что в дела колледжа вмешались силы тьмы, но боялся затрагивать эту тему.

– Потрясающее шоу! Интересно, а кто был в костюме кота? Вот и говори после этого о черном юморе, – нарушил наконец молчание доктор Сандерсон.

И. Ти. уставился на него. Наконец он произнес:

– Боюсь, что это не был костюм.

– Пошел ты к черту…

Барменша поставила перед ними по кружке пива.

Ханс продолжал:

– Интересно, как они устроили эти вспышки? Наверняка к гробу были подведены провода…

– Не было там никаких проводов, – ответил И. Ти. Он помолчал, продолжая сверлить Ханса глазами. – Воланд был там, у речки, когда Колдбурна стукнуло молнией. Это он устроил все, Ханс. Удар молнией.

Я был там.

– Да бросьте, И. Ти., вы разыгрываете меня!

И. Ти. молча выпил. Доктор Сандерсон уставился в рюмку. Внезапно на короткий миг на поверхности напитка показалась премерзкая рожа с одним клыком и бельмом на глазу. Ханс зажмурился и тряхнул головой. Снова заглянул в рюмку. Рожи не было.

Мгновение спустя к бару, полыхая разноцветными огнями и воя, подкатила карета скорой помощи. Сирены смолкли, а огни продолжали гореть, окрашивая стены бара, лица посетителей и бутылки то в синий, то в красный цвета.

В бар вошли два медицинских работника. Внимательный глаз немедленно бы опознал в одном из вошедших давешнего кота. Другим, разумеется, был типчик в клетчатых брюках. Они сели у стойки напротив И. Ти. и Сандерсона.

Ханс не мог поверить своим глазам. Барменша обслужила странную парочку, глядя на них с подозрением, как будто сомневаясь, что они оставят чаевые. Бар был полупустой, но все, кто там был, оторвались от своих кружек и глазели на странных посетителей. Ханс зашептал на ухо И.

Ти.:

– Вы полагаете, что это ОН, а это – его помощники?

– Это Он, Ханс. Он здесь. В этом нет сомнений. Это так же точно, как дважды два – четыре. И когда Колдбурна шарахнуло молнией, разговор шел о Мармеладове и о Достоевском. Вы читали рукопись Мармеладова?

– Нет! Каким образом? Я не читаю по-русски! Ее ведь никто не читал? …Или вы читали?

– ?

– Тогда зачем вы спрашиваете? Вы-то почему ее не прочли?

– Я не так быстро читаю по-русски.