Его невинная добыча

Губы её шевельнулись в тщетной попытке что-то сказать, я же сильнее сжал пальцы. Втянул носом воздух, чувствуя исходящий от неё запах незнакомого мне прежде шампуня. Приторная, сладкая дрянь… Никогда не любил сладкие запахи на женщинах, но ей, на удивление, это шло.

Отпустив, я приказал:

– Пройдись.

Она сжала ладошку в кулак, полоснула яростным взглядом и, прихрамывая, дошла до противоположной стены. Развернулась и опять посмотрела мне в лицо.

– Доволен? – спросила резко.

Её взгляд, её слова, всё в ней было вызовом.

Даже её проклятая нагота в данный момент была вызовом.

В висящем за её спиной зеркале отражался изгиб бедра, содранный локоть.

Не заметив, как оказался рядом, я опёрся ладонью о стену позади неё. Почувствовал её выдох на коже и опустил руку на её талию. Провёл вверх, глядя ей прямо в глаза, до груди, обвёл ореол соска.

– Не совсем, – продолжая поглаживать, процедил я. Оставил грудь и тронул гибкую спину. – Пока не совсем.

Платье, которое я принёс с собой, съехало и упало к нашим ногам, и Ева снова вздрогнула.

В кармане у меня завибрировал телефон. Так и опираясь о стену, я достал его.

– Да, – взял трубку, не посмотрев на дисплей. Вместо этого продолжал смотреть на неё – так было куда интереснее. – Я же сказал, что не сегодня… Какого дьявола?! Нет… Это не может подождать? Нет… Нет, не надо. Я спущусь.

Вернув телефон в карман, я снова дотронулся до зверёныша. Пальцем провёл по цепочке у неё на шее и задержал ладонь на ложбинке меж грудей.

Сердце её стучало быстро, гулко, выдавая всё, что она пыталась скрыть.

– Глупый зверёныш… – погладил её по щеке. – Хочет казаться смелым, а на деле… – убрал руку. – Оденься, – указал на лежащее на полу платье и, достав из заднего кармана джинсов трусики, кинул туда же. – Будь в комнате, пока я не разрешу выйти, поняла?

– Поняла, – отозвалась она, как всегда немного помедлив и, присев, подобрала платье.

Несколько секунд я смотрел на неё, а после вышел из ванной.

Молодец. Хорошая девочка.

– Разве я неясно выразился? Видеть тебя сегодня у меня нет никакого желания, – войдя в гостиную, обратился я к дожидающемуся меня брату.

Как и я получасом ранее, он стоял возле камина. Положив чугунную кочергу, которой, судя по всему до этого поправлял поленья, внимательно посмотрел на меня.

– Рад тебя видеть, Рус, – сказал он спустя несколько секунд и, подойдя, протянул руку.

– Не могу сказать того же, – на рукопожатие я всё же ответил.