Земля мертвецов

Меткалф вернулся с обломком ручки от швабры и, пока миссис Грегсон засыпала известку, умело, ни капли не расплескав, раскручивал ею воду в ведре.

– Дело в том, леди, что я пришел кое-кого повидать. Раненых.

– Вы не ошиблись адресом, – ?отозвалась миссис Грегсон. – ?Здесь их сотни.

– Нет, – ?поправился Меткалф и стал медленно, как полоумной, объяснять ей:?–?Видите ли, это мои люди. Их ранило осколками. Дело в том, что офицеры моего батальона просили меня устроить танцы. Видите ли, нас в обозримом будущем выводят с передовой.

Женщины переглянулись.

– Я хотел сказать, раз уж я пришел навестить своих, спрошу заодно, не пожелает ли кто из сестер составить компанию офицерам?

– Офицеров у нас здесь хватает, лейтенант. Или вы имели в виду целых?–?для разнообразия??–?осведомилась миссис Грегсон.

– Ну да, в некотором роде. Господи, какая жестокая шутка.

– Мы подумаем, – ?вставила мисс Пиппери. Миссис Грегсон согласно кивнула. – ?При одном условии.

– При каком же?

Мисс Пиппери кокетливо улыбнулась:

– Помогите нам выкрасить эту стену.

Миссис Грегсон послала подруге восхищенный взгляд. Она сама не справилась бы лучше.

– Что? Когда?

– Сейчас.

Лейтенант оглядел свой безукоризненный мундир, уже припорошенный известкой. И попытался отряхнуться.

Миссис Грегсон поцокала языком.

– О, мы наверняка найдем, чем его прикрыть.

– Приходилось, – ?осторожно признался Меткалф, гадая, пристало ли джентльмену заниматься физической работой. – ?А вы подумаете? Насчет танцев? Может, еще кого из подружек спросите?

– Мы же обещали. А лучше нашей мисс Пиппери никто фокстрот не танцует.

– Правда??–?просиял Меткалф.

– Она училась у самого Гари Фокса.

Мисс Пиппери потупила взгляд?–?будто и вправду застеснялась.

– Господи боже! Неужели?

– В «Jardin de Danse» на крыше нью-йоркского театра.

Меткалф принялся расстегивать мундир, а миссис Грегсон с мисс Пиппери прятали друг от друга глаза, чтобы не захихикать вслух.

Они уже закончили стену и собирались перебираться к парнику, когда услышали мужской плач.

Ватсон, отодвинув занавеску, вышел из офицерской палаты в узкий коридор, закончившийся комнатой с такими же высокими потолками, но с широкими окнами, дававшими больше света.