Полярные аргонавты

– Послушайте, – сказал он серьезно, когда я кончил, – я груб и резок в обращении. Жизнь для меня потеха, вроде маскарада, и я худший из ряженых. Но я знаю, как мне вести себя, и прекрасно умею прокладывать себе дорогу. Вы еще зелены, если вы позволите мне так выразиться, и может статься, что я смогу немного помочь вам. Вы, кстати, единственный пришлись мне по вкусу изо всей этой команды бродяг. Давайте будем товарищами.

Он нравился мне, и я с радостью согласился.

– Ну а теперь я пойду поваляю дурака с другими парнями.

Тепленькая компания? Что вы скажете? Цветные джентльмены, славяне, поляки, итальянцы, шведы. Пойду поразведаю, нельзя ли чем-нибудь поживиться.

Он подошел к ним с ворохом необыкновенных словечек, открытой улыбкой, готовой шуткой и было ясно, что он скоро сделается общим любимцем. Я завидовал легкости его общения; мне ее так недоставало.

– Скажите-ка, товарищ, нет ли у вас деньжат?

В нем было столько искренности и убедительности, что я немедленно извлек несколько оставшихся у меня долларов и выложил их перед ним.

– Вот все мое богатство, – сказал я, улыбаясь.

Он разделил деньги на две равные части и вернул одну мне. Относительно другой он заметил:

– Мы сочтемся с вами после.

И ушел с моими деньгами. Ему, казалось, не приходило в голову, что я мог бы не согласиться. Я же со своей стороны был слишком рад доказать ему свое доверие. Несколько минут спустя я увидел его с тремя отчаянными типами. Они играли в покер. «Прощайте, мои денежки, – подумал я. – Волки окружили овцу».

Я был огорчен за своего нового друга и утешался только тем, что он не может проиграть.

Мы подъезжали к Лос-Анджелесу, когда он подошел ко мне. К моему удивлению, он вытащил из карманов кучу смятых бумажек и блестящего серебра долларов на двадцать и, разделив деньги поровну, протянул половину мне.

– Вот, – сказал он, – опустите это в ваши недра.

– Нет, – возразил я, – отдайте мне только то, что взяли. Мне больше ничего не следует.

– Плюньте на это. Вы выручили меня, и это ваше.

Эти архаровцы приняли меня за пижона. Решили, что меня легко ощипать. Но я забыл больше, чем они когда-либо в жизни знали, а я не так уж много забыл.

– Нет, пожалуйста, оставьте эти деньги себе, я не хочу их.

– Ну, полно, спрячьте вашу шотландскую щепетильность в карман. Возьмите деньги.

– Нет, – повторил я с упорством.

– Послушайте, наше товарищество должно быть основано на полном равенстве. Если вам не по вкусу мои ворота, так и не вешайтесь на них.