Первая жертва

Они сели на камни возле бывшего кафе «Дикси Белль». Старик, назвавшийся Профессором, был странствующий ученый, читавший лекции во всех городах, через которые проходил, и теперь как раз направлялся в следующий.

– А по какому предмету вы читаете? – спросил Гарольд.

– Да по всем. Моя любимая тема – тридцать вторая: «Почему стабилизация человечества невозможна».

– Интересно, похоже.

– Вы смышленый молодой человек. В этой лекции я доказываю, что стабилизация означала бы конец неизвестности. Покончив с неизвестностью, человек поймет, что его существование – по крайней мере как он его себе представляет – лишено смысла.

А бессмысленность существования для биологического вида смерти подобна. Есть версия, что великие индейские цивилизации Северной и Южной Америки погибли как раз потому, что осознали бессмысленность своего существования после нашествия испанцев. Они поняли, что в чем-то с испанцами никогда не сравнятся, даже близко не подойдут. Испанцы победили их, как только прибыли в Новый Свет. Бороться с ними было бессмысленно, и цивилизации рушились. Индейцы видели в них не просто враждебное племя, а богоподобных существ. Не люди их победили, а боги.

– Против богов не попрешь, – согласился Гарольд.

– Победило их, собственно, Weltanschauung[3 - Мировоззрение (нем.).] пришельцев и новая технология. Новые способы преобразования реальности.

– У вас, случайно, поесть не найдется, Профессор?

– Я хотел о том же спросить у вас.

– Тогда нам, пожалуй, пора двигаться дальше.

– Всенепременно. А в пути я могу познакомить вас с шестнадцатой темой об утрате автономии.

– Валяйте, послушаю с удовольствием.

– Люди развлекаются любовью, войной, Охотой и другими жестокими играми – чем угодно, лишь бы забыть, что они не автономны, не божественны; что они всего лишь звено в великой цепи бытия, состоящей из людей, амеб, газовых гигантов и прочего. Есть много свидетельств тому, что эгоцентристские, индивидуалистические западные расы испытывают упадок исключительно из-за погрешностей своей философии.

Они придают слишком большое значение разуму, который давно уже потерпел крах и, возможно, является тупиком эволюции.

– На что же нам теперь полагаться? – спросил Гарольд.

– Никто не знает, что происходит на самом деле. Вернее, мы знаем, по крайней мере на местах, но не понимаем, что это означает и означает ли что-то вообще. Мы больше не верим в миф о совершенствовании человека.