Первая жертва

Или «ментальность Мира Охоты». Будто бы это подсознательное желание смерти из-за давления, вызываемого перенаселенностью.

– Ну, это вряд ли. Сейчас-то никакой перенаселенности нет.

– Конечно, если сравнить с тем, что было сто лет назад. Но ресурсов все так же не хватает на всех, и с каждым годом их все меньше, этих ресурсов. Все ломается, ничего нового не выпускают, денег ни у кого нет, энергия у всех на нуле. Кроме разве охотников.

– Оно и понятно. Пять тысяч – большие деньги. Я не прочь за них кого-то убить.

Если он, как и я, идет на это по своей воле, то я не против.

– А если он тебя убьет?

– Приходится рисковать – работа такая.

– Как ты можешь называть это работой?

– Потому что это и есть работа. Убил одного – получил пять штук, но тебя тоже могут прикончить. Нормальная, в общем, сделка.

Они поели, и Гарольд проводил Нору домой. У самой двери она спросила:

– Не хочешь остаться у меня?

– Я уж думал, ты никогда не спросишь.

– Зачем же на отель тратиться.

У меня есть задняя комнатка, можешь жить там. Я дам тебе ключ, приходи и уходи, когда хочешь.

– Спасибо, я с удовольствием. За одну ночь я уже заплатил – посплю там, присмотрю за вещичками, еще раз ванну приму, а завтра переберусь.

– Зайди на минутку, – сказала она. Он зашел, и она дала ему ключ. – Меня часто не бывает дома, ты ж понимаешь.

– Не волнуйся из-за меня, Нора. Я тебя не сужу, чем бы ты там ни занималась. Я собаку пристрелил по пути сюда, всадил человеку пулю в плечо, а скоро начну творить совсем уж плохие дела.

Все я понимаю.

– Подожди пока записываться. Очень уж высокая смертность у новичков.

– Надо же когда-нибудь начинать.

– И то правда, – мрачно сказала Нора.

16

Майк Альбани припарковал свой белый «Ламборгини», помахал хорошенькой соседке с трехлетним малышом в коляске, вышел и посмотрел из предосторожности в обе стороны. Родственники жертв иногда вымещают зло на егерях, хотя такое поведение противоречит как гражданскому, так и моральному кодексу.

Не усмотрев ничего подозрительного, он отпер свою дверь и вошел.

Его жена Тереза смотрела телевизор в флоридской комнате. Шел «Дневник колонизации Марса», прямая дневная трансляция с марсианской станции по кабельному каналу. Тереза обожала всяческую экзотику и вообще могла часами смотреть на что угодно, даже как растут помидоры на заднем дворе – такому терпению позавидуешь.

– Ну, как сегодня дела? – спросила она.