Мой хозяин

Для них я была такой же вещью, как и для моего хозяина, и вещью этой они собирались воспользоваться по назначению. Потому что у таких вещей, как я, своё определённое назначение, и это ни для кого не тайна. Питомники существуют повсеместно, и властям об этом прекрасно известно. И что из того, что они вроде бы нелегальные? Позволить себе предлагаемый товар в состоянии только люди, обладающие деньгами и властью, так что… Такие, как я – всего лишь товар, коим нередко пользуются и сами высокопоставленные чиновники, потому что власти и денег у них как раз предостаточно.

Только я и подумать никогда не могла, что окажусь подобным товаром. Думала, Матвей защитит меня, убережёт от подобной участи. А зря… Четырёхлистники всегда были самым уязвимым звеном в социальной цепочке. А уж с моей красотой…

Молния на спине вжикнула, и ладони коснулись моего тела.

– Красивая девчонка, – бросил один охранник другому, и тот тихо, чисто по-мужски, засмеялся.

Платье разошлось сильнее, я почувствовала, как оно, соскользнув с плеч, лёгкой тряпкой падает к ступням.

Белья на мне не было, и теперь я стояла совершенно нагая. Стояла и затравленным зверем смотрела на мужчину, лицо которого находилось в каких-то сантиметрах от моего, на ещё одного, неспешно приближающегося к нам. Тот, что стоял сзади, сдавил мои груди, и я с трудом сдержалась, чтобы не вскрикнуть. Губы… Чужие губы на моей шее, на плече. Ладонь, скользящая вниз по животу к лобку… Пальцы коснулись меня между ног, стали пропихиваться меж складок плоти, и я снова попыталась вырваться.

– Не трогайте меня! – заорала я плача. – Не трогайте! Не прикасайтесь!

– С норовом, – засмеялся кто-то из охранников и с силой шлёпнул меня по ягодицам.

– Ничего, усмирим, – отозвался другой и, перехватив меня, завёл руку мне за спину.

Выгнувшись от боли в плече, я застонала. Один из мужчин же стянул майку и, подойдя вплотную, с явным удовольствием провёл обеими ладонями по моему телу. Шумно вдохнул и накрыл ладонями груди.

– Давно у меня бабы не было, – признался он, тиская мою грудь. И через миг обхватил мой подбородок. Прижался губами и сунул мне в рот язык.

Я резко отвернулась. Что есть силы сомкнула губы, сжала челюсти. Нет! Целовать я себя не дам! Для этого этим ублюдкам придётся меня для начала убить!

– Нет, так дело не пойдёт, – тут же процедил охранник и повернул мою голову обратно.

– Поосторожнее с ней, – предупредил кто-то. – Всё же хозяйская игрушка.