Мой хозяин

Хотелось есть, и в тайне я надеялась, что она принесёт мне хоть немного еды, но руки её были пусты.

– Господин Вандор Александрович ждёт Вас, – только и сказала она безучастным голосом, ожидая, когда я подойду.

Тянуть я не стала. К чему? Наряду с очередным приступом страха я испытала какое-то облегчение. Вот и всё…

Встав с мягкого пуфика, я приблизилась к женщине и, смерив абсолютно твёрдым взглядом, ответила с той же холодной учтивостью, что звучала в её голосе:

– Не будем заставлять его ждать. Наш хозяин ведь не любит, когда его заставляют ждать, правда?

Горничная промолчала, но на мгновение во взгляде её мелькнуло явное недовольство, а губы сжались в линию.

Удовлетворения от собственных слов я не испытала, однако нечто тёмное, вспрыснувшееся в кровь ядом, заставило меня вздёрнуть голову. Да, дорогая, он и тебе хозяин. Хозяин, господин. Только ты сама выбрала это для себя, тогда как меня заставили.

Мы прошли по длинному, устеленному мягким ковром холлу и оказались возле широких двойных дверей.

Постучав, горничная открыла их и вошла внутрь. Взору моему тут же открылась огромная спальня, выполненная опять же в тёмных тонах, на этот раз – в тёмно-коричневом и каштановом. Тёмно-коричневые тяжёлые портьеры на окнах, покрывало на постели с абстрактным рисунком, мягкий ковёр под ногами. Несмотря на царящий в комнате мрак, большое пространство не создавало ощущение давления. Я уловила лёгкий запах сандала и табака, нечто терпкое – такой же запах исходил от самого Вандора.

– Ожидайте господина тут, – сказала горничная, подведя меня к постели, сама же направилась к двери.

Значит, у этой восковой куклы приказ оставить меня тут одну. Впрочем, нет. Я прислушалась. Из-за двери, находящейся в углу спальни, слышался шум льющейся воды. Должно быть, Вандор в ванной… Поняв это, я сглотнула. Горничная направилась к двери, но вслед я ей уже не смотрела. Сама того не замечая, сжала руки в кулаки и поняла это, только почувствовав боль от собственных ногтей, впивающихся в кожу. Несколько секунд стояла и неотрывно смотрела на закрытую дверь ванной, а потом опустилась на край постели.

Должна ли я что-то говорить ему? Должна ли я вообще что-то говорить? Ведь я кукла, вещь, игрушка, а игрушки не разговаривают.

Плотно сдвинув ноги, я стала ждать. Прошло не меньше десяти минут, прежде чем шум воды стих. Спустя ещё минуту дверь распахнулась, и я увидела стоящего в проёме Вандора. Волосы его были влажными, а бёдра обёрнуты тёмно-коричневым полотенцем.