Валентин Понтифик

Даже если читать только пояснения и выжимки, потребуются целиком все дни и ночи без перерывов на сон и еду, и, уж конечно, на серьезные государственные дела тоже не хватит времени. И сейчас Элидат ставил подпись почти не глядя. Он понимал, что, возможно, росчерком пера запрещает есть сосиски в зимнедень, или объявляет вне закона дожди в провинции Стойензар, а может быть, вообще подписывает конфискацию всех своих поместий и передачу их в пенсионный фонд административных секретарей.

Понимал, но все равно подписывал. Корональ – или его заместитель – должен доверять компетенции своих служащих, в противном случае работы станет не просто очень много, а невозможно много.

И он подписывал. «Элидат Морвольский, первый советник…»

– Дальше!

Он все еще чувствовал себя немного виноватым, что не читает документы. Но неужели короналю действительно важно знать о том, что города Малдемар и Тидиас пришли к соглашению насчет совместного владения какими-то виноградниками, о принадлежности которых они спорили, начиная с седьмого года понтифика Тимина и короналя лорда Кинникена? «Нет.

Нет, – думал Элидат. – Подписывай и давай дальше, а Малдемар и Тидиас теперь добрые соседи, пускай возрадуются и не беспокоят короналя».

«Элидат Морвольский…»

Он держал в руках очередную бумагу и искал где расписаться, когда секретарь сказал:

– Сэр, прибыли лорды Миригант и Диввис.

– Зовите, – ответил он, не поднимая головы.

«Элидат Морвольский, первый советник и регент…»

Лорды Миригант и Диввис, советники внутреннего круга, кузен и племянник лорда Валентина, соответственно, являлись к нему каждый день примерно в это же время, чтобы пригласить на пробежку по улицам Замка; таким образом он отдыхал от напряженных обязанностей регента. Другого времени для физических упражнений у него не было, и ежедневная пробежка была по-настоящему бесценной.

Пока лорды, грохоча башмаками по украшенному искусной мозаикой полу, шли от двери к столу через большой роскошный кабинет, отделанный панелями из банникопа, семотана и других редких пород дерева, Элидат успел подписать еще пару документов. Он потянулся за третьим, сказав себе, что на сегодня это последний. Там был всего один лист, и Элидат поймал себя на том, что читает его.