Замок лорда Валентина

Он хватал и намеренно ронял кинжалы, пока все три не легли у его ног, а затем наклонился над ними, хлопая себя по бедрам и тяжело дыша.

Его партнеры зааплодировали.

Скандары не замедляли чудовищную скорость бросков. Но вот один из них снова крикнул:

– Хоп!

Секстет чужаков, не произнося ни слова, танцующей походкой двинулся прочь, к спальным помещениям.

Молодая женщина подошла к Валентину.

– Я – Карабелла, – представилась она.

Она была не выше Шанамира и совсем молода. В ее маленьком мускулистом теле играла неукротимая жизненная сила.

Она была одета в плотно облегающий светло-зеленый камзол и брюки, на шее сверкала тройная нитка полированных раковин. Глаза ее были такими же темными, как и волосы. Она улыбалась тепло и приветливо.

– Ты раньше жонглировал, приятель? – спросила Карабелла.

– Никогда, – ответил Валентин и вытер вспотевший лоб. – Тяжелый спорт. Удивляюсь, как я не порезался.

– Никогда не жонглировал? – вскричал блондин. – Только природная ловкость и больше ничего?

– Полагаю, что именно так, – пожав плечами, кивнул Валентин.

– Возможно ли это? – удивился блондин.

– Думаю, да, – сказала Карабелла. – Он хорош, Слит, но не в форме. Ты же видел, как двигаются его руки. Чуточку нервно, чуточку жадно, они не ждут, когда рукоятка окажется в нужном месте. А его броски? Поспешные, дикие. Ни один из тех, кто когда-либо тренировался, не мог бы так легко имитировать неуклюжесть. Да и зачем? У этого Валентина хороший глаз, Слит, но он сказал правду.

Он никогда не жонглировал.

– Глаз у него более чем хороший, – пробурчал Слит, – а его проворству можно позавидовать. У него дар.

– Откуда ты? – спросила Карабелла.

– С востока, – неопределенно ответил Валентин.

– Я так и думала. Ты говоришь как-то странно. Ты из Велатиса или, может быть, из Кинтора?

– Из тех краев.

Уклончивость ответов не ускользнула от Карабеллы и Слита. Они переглянулись.

Валентин подумал, не отец ли это с дочерью.

Пожалуй, нет. Слит вовсе не так стар, как это казалось с первого взгляда. Скорее всего, примерно средних лет. Белизна кожи и волос увеличивала его возраст. Он был крепким, подтянутым, с тонкими губами и короткой остроконечной бородкой. От уха до подбородка шел шрам, уже бледный, но еще вполне отчетливый.

– А мы с юга, – сказала Карабелла. – Я из Тил-омона, а Слит из Нарабаля.

– Вы приехали выступать на фестивале короналя?

– Именно.