Замок лорда Валентина

Она, по-прежнему скорчившись, сидела у постели, кое-как прикрывшись одеждой. Делиамбер осторожно обвил щупальцем плечи девушки, и ее напряжение слегка ослабло. В комнате слышалось ее тяжелое дыхание. Через минуту Карабелла подняла уже более спокойный, но все еще полный смятения взгляд и жестом указала на Валентина:

– Я видела во сне, что он был… Он…

– Я знаю, – кивнул Делиамбер.

– Это неправда, – быстро проговорил Валентин, – я только жонглер.

– Сейчас ты только жонглер, – мягко сказал Делиамбер.

– Ты тоже веришь в этот вздор?

– Это было ясно с самого начала, когда ты защитил меня от гнева скандара. «Это королевский поступок», – подумал я. К тому же я читал в твоей душе…

– Что?!

– Профессиональный трюк. Я читал в твоей душе и видел, что с тобой сделали.

– Но это невозможно! – запротестовал Валентин. – Взять из человеческого тела разум, пересадить его в другое тело, а другой разум поместить в это тело…

– Почему невозможно? – возразил Делиамбер.

 – Я думаю, можно. Из Сувраэля дошли слухи, что при дворе Короля Снов изучают это искусство. Поговаривают, что уже несколько лет проводятся странные эксперименты.

Валентин угрюмо уставился на свои пальцы:

– Не может этого быть.

– Я тоже так думал, когда впервые услышал, но потом, после некоторых размышлений… Я и сам знаю множество секретов почти столь же высокого колдовства, а ведь я всего лишь младший колдун. Семена этого искусства существовали очень давно.

Может, какой-нибудь волшебник Сувраэля и сумел наконец прорастить их. На твоем месте, Валентин, я бы не стал исключать такую возможность.

– Обмен телами? – растерянно спросил Валентин. – Значит, это не мое тело? Чье же оно?

– Кто знает? Какой-нибудь неудачник погиб от несчастного случая. Может, утонул, или подавился куском мяса, или по глупости съел ядовитый гриб. В любом случае он умер, но тело его осталось целым, и его сразу же унесли в какое-то потайное место, где в пустой каркас пересадили душу короналя, а кто-то другой, простившись с собственным телом, забрался в пустую оболочку короналя, при этом, вероятно, удержав там многое из его личной памяти и объединив со своей, и теперь правит, словно он истинный монарх.

– Не могу поверить, – упрямо твердил Валентин.

– Однако же когда я заглянул в твою душу, то увидел, что все было именно так, как я тебе только что описал.