Немного король. Мальчик

Я же, по моему королевскому указанию, присваиваю звание самого неприятного в окружающей обстановке… вони, исходящей от моих воинов, если дерутся они так же, как пахнут, мне хватит и сотни солдат на то, чтобы справится с этой абсурдной экспансией. Что, почему абсурдной?

Ну, во-первых – всем известна военная мощь доблестных воинов империи… Дело, конечно же, не в этом. Варвары иногда торговали с нами, по бросовым ценам продавая (обменивая) меха и украшения, покупали кое-какое оружие, у них не было причин вторгаться в дружественные царства, совершая набеги в течении последних лет! Не говоря уже о том, что наше превосходство в оружии несомненно, даже учитывая то, что тяжелую технику, как я не просил, мне выделить отказались.

«Сломаешь, кто делать новую будет?» – Слова генерала, который, кажется возомнил себя его величеством королем (для справки: король все-таки я, просто отношусь великодушно к старику, по крайней мере я сам предпочитаю думать именно так). В чем-то воин был прав, одна единственная баллиста, изготовленная двадцать лет назад неизвестно кем и проданная нам за неизвестно какие деньги (генерал, при упоминании об этой сделке надувался и сжимал кулаки, напоминая лягушку, на которую, как мне кажется, похож не только внешне, но и в глубине своей простой ворчливой души).

– Ваше величество, кони устали, да и не видно ничего за тридцать шагов, разрешите привал? – Обратился ко мне сотник Удалый, назначенный на время этого похода центурионом (да-да, генерал очень верил в мои силы, как видите!) По достоинству оценив богатырское телосложение Удалого и вспомнив историю подвигов не по годам прославленного воина (из разряда – пехотной сотней заставил генеральский кавалерийский отряд драпать), у меня появилось почти неодолимое желание послать сотника к чертям и сказать, что это я тут хозяин.

Почти, ибо каждый король, если он хочет жить, должен прислушиваться к тем, кто умнее и старше, чем сам правитель.

– Да, центурион (парень смутился, конечно, всего 25 лет, и уже центурион!), разрешаю, и внесите в наш маршрут какой-нибудь водоем, пока доспехи ваших воинов не стали ржаветь изнутри…

– Каждый солдат моется строго по норме, ваше величество, каждый месяц в первый день первой недели, у нас с этим строго.

 – Отрапортовал сотник.

(Кажется, есть одно видоизменение закона, которое я внесу тот же час, как вернусь домой!)

– Ныне двадцатое число мая, верно? – спросил я.