Шкала низменности

Шкала низменности

Роберт Сперанский

До каких моральных низин может опуститься человеческое существо? И имеет ли оно в данном случае право называться человеком… Реальная история русской реальности.

Шкала низменности

Роберт Сперанский

© Роберт Сперанский, 2023

ISBN 978-5-0059-7264-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

До как низин может дойти грехопадение и деградация? Вопрос, конечно, риторический. И тематику эту хорошо обсуждать в компании за бутылочкой чего-нибудь горячительного.

Однако морализаторство куда-то исчезает, когда реально сталкиваешься с этими проявлениями натуры человеческой. Или уже нечеловеческой? Не будем называть нижеопубликованное чем-нибудь банальным вроде «Записок следователя» или «Случаев из адвокатской практики». Оговорюсь только, что в данной ситуации прошлой жизни я принимал участие лично и непосредственно как участник земного правосудия. Полный объем информации, полученной непосредственно из уголовного дела, дает возможность реконструкции событий, участники которых уже большей своей частью не смогут их дополнить или раскритиковать за те или иные неточности…

Горячка

Когда я стал рабом этого напитка, который почему-то именуется исконно русским? Наверное, давно.

По крайней мере, тогда я еще не спрашивал себя о том, что являюсь полностью от него зависимым. Еще недавно я выбирал сорта подороже и явно не разбодяженные гастарбайтерами в грязной емкости где-нибудь в подвале. Но шло время, водка становилась все дешевле, все непритязательнее. У нее и так немного вкусовых качеств. А сейчас они, эти качества, для меня значения не имеют вообще. Главное, чтобы жидкость была достаточно крепкой, чтобы побудить мой организм хоть к какой-то жизни, чтобы количества этой жидкости хватило на день и на вечернее возлияние перед сном. И очень важно, чтобы немного водки оставалось на утро. Утром ее нужно будет употребить в тот момент, когда меня еще не станет ломать от похмельных мук после ночного забытья. Я не то, чтобы опустился из-за этого порока по социальной лестнице. Я с нее просто упал в лестничный пролет, даже не успев опомниться, и оказался на самом дне. Так, наверное, можно обозначить кочегарку одной полузаброшенной воинской части в Ленинградской области, где я работаю в должности кочегара последнее время. Живу я здесь же в кочегарке вместе с моим сменщиком Митькой, который сейчас спит на топчане. Митька тоже, как и я, раб водки.