Пугало гуляет в полночь

– Что это все-таки значит? – спросила я.

– Я по книге научился, – повторил Стэнли, не отводя глаз от разрисованного мешка с соломой. – Из книги узнал, как заставить их ходить.

Я опять не поняла.

– Что? Как это заставить их ходить?

Темные глаза Стэнли встретились с моими, а лицо вновь приняло торжественное выражение.

– Я умею. В книге есть специальные слова.

Я была совершенно ошарашена. Стояла молча и смотрела на него, не зная, что сказать.

– Я заставил их ходить, Джоди, – произнес Стэнли громким шепотом.

 – На прошлой неделе. И теперь я их командир.

– Как? – пролепетала я. – Ты командир п-пугал? Ты хочешь сказать… – Я запнулась, потому что краем глаза увидела, как рука пугала шевельнулась.

Рука стала подниматься, и солома внутри зашуршала.

Я почувствовала прикосновение соломы к лицу. Сухая рука пугала тянулась к моему горлу.

4

Колючая солома, высовывающаяся из черного рукава, царапнула меня по шее. Я взвизгнула.

– Оно живое! – Я невольно присела и поползла прочь на четвереньках.

Когда же подняла голову, то увидела, что Марк и Стэнли спокойно смотрят на меня.

Неужели они не видели, как пугало пыталось меня задушить?

А потом из-за пугала со злорадной ухмылкой вышел Стикс, сын Стэнли.

– Стикс! Так это ты! – закричала я, догадавшись, что это он двигал рукой чучела.

– Эх, вас, городских, так легко напугать, – сказал Стикс и заулыбался еще шире. Затем он наклонился и помог мне встать. – Ну что, Джоди, ты правда подумала, что пугало двигается?

– Я могу заставить пугала двигаться, – повторил Стэнли и надвинул бейсболку на лоб.

 – Я могу заставить их ходить. И я это делал. По книге.

Улыбка Стикса пропала, глаза потухли.

– Конечно-конечно, папа, – пробормотал он.

Стиксу шестнадцать лет. Он высоченный и худой. Потому-то его и прозвали Стиксом – жердью.

Он строит из себя крутого парня. У него длинные черные волосы, они падают на воротник, который он редко стирает. Ходит Стикс в майках в обтяжку и грязных протертых на коленях джинсах.

Часто ухмыляется, и по глазам все время кажется, что он над всеми смеется.

Нас с Марком он называет городскими. Обязательно с ухмылкой. И постоянно проделывает с нами свои идиотские штучки. Может быть, он завидует нам с Марком. Стиксу, наверное, несладко было расти здесь, на ферме, в маленьком домике, где он живет вдвоем с отцом.

Кстати, Стэнли скорее похож не на отца, а на ребенка.

– Я тебя сразу заметил, – сказал Стиксу Марк.