Смертельный урок музыки

Кто-то большой.

У меня перехватило дыхание. Мне казалось, что я сейчас задохнусь.

Я замер на месте, лихорадочно соображая, куда бы спрятаться. Но укрыться тут было негде.

Ступени трещали все громче.

Над ступенями уже показалась чья-то темная голова. Я мало что соображал от ужаса. Но мне все же хватило ума дождаться, пока темная фигура не выступит на свет.

– Папа! – радостно завопил я.

– Джерри, что ты тут делаешь?

Вид у отца был прикольный. Его редеющие темные волосы стояли дыбом. Пижамные штаны задрались до колен.

Он был без очков и смотрел на меня, прищурившись и смешно сморщив нос.

– Папа… а я думал… я думал… – промямлил я.

Да. Я знаю, что выглядел со стороны как полнейший придурок. Но и вы меня тоже поймите. Я был напуган до полусмерти.

– Знаешь, сколько сейчас времени? – Папа сердито дернул рукой – хотел посмотреть на часы. Но часы он забыл в спальне. – Уже первый час ночи, Джерри!

– Да, папа. Я знаю.

Я потихонечку отходил. Теперь я уже и сам не понимал, чего так сильно перепугался.

Я подошел к папе.

– Я услышал, что кто-то играет на пианино. И я подумал…

– Что ты сказал? – Папа вытаращился на меня, как на умалишенного.

– Я услышал, как кто-то играет на пианино, – повторил я терпеливо. – Здесь, на чердаке. Поэтому я поднялся сюда и…

– Джерри! – Папа страдальчески закатил глаза. Его лицо побагровело и стало похоже на свеклу. – Опять твои шуточки! Я все понимаю, но не в первом же часу ночи!

– Но, папа… – начал было я, но он не дал мне договорить:

– Мы с мамой едва доползли до кровати.

Мы столько всего переделали за сегодняшний день! Мебель двигали, разбирали вещи. Весь день провозились. – Он устало вздохнул. – Наверное, можно было сообразить, что нам сейчас не до веселья. Тебе, конечно, не приходило в голову, что мне завтра с утра на работу. И что мне хотелось бы выспаться.

– Прости, пожалуйста, папа, – пробормотал я.

Я уже понял, что доказывать ему что-либо бесполезно.

Он все равно мне не поверит.

– Я знаю, что ты возбужден переездом. – Папа положил руку мне на плечо и повел меня к лестнице. – Но давай мы сейчас пойдем спать. Тебе, кстати, тоже надо отдохнуть.

Я оглянулся на пианино. Оно тускло поблескивало в рассеянном свете лампы. Как будто дышало.

Как будто было живым.

Мне представилось, как оно подбирается ко мне. Как несется за мной по ступенькам…

Я тряхнул головой. Бред какой-то. Совсем крыша съехала.