Хроники Маджипура

Тогда мы с ней обсудили все возможные причины, и, когда я рассказал, как мы расстались, Турном спросила меня, говорил ли я тебе о том, насколько благодарен за помощь. И я ответил, что нет, я этого не сделал – просто не имел понятия, что так следует поступать. Вот почему я пришел к тебе. Прости мою грубость, Тесме. Она – следствие моего невежества.

– Я прощаю тебя, – глухо отозвалась Тесме. – А теперь уходи. Пожалуйста!

– Посмотри на меня, Тесме.

– Лучше не надо.

– Прошу тебя.

Висмаан легонько потянул ее за плечо, и Тесме с мрачным видом повернулась.

– У тебя опухшие глаза, – заметил он.

– Наверное, съела что-то не то.

– Ты все еще сердишься. Почему? Пойми, у меня и в мыслях не было тебя обидеть. Гэйроги не выражают благодарность так, как делают это люди. Но позволь мне поблагодарить тебя хотя бы сейчас. Ты спасла мне жизнь – я уверен в этом – и была чрезвычайно добра ко мне. Я никогда не забуду, что ты сделала для меня, когда я был болен. И я виноват, что не сказал тебе об этом раньше.

– А я была не права, когда вот так выгнала тебя, – чуть слышно отозвалась она. – Но не проси меня объяснить, почему я так поступила. Это очень сложно. Я прощу тебя за то, что ты не поблагодарил меня, если ты простишь меня за то, что я выгнала тебя из дома.

– Никакого прощения не требуется. Моя нога зажила, пора было двигаться дальше, и ты лишь напомнила мне об этом. Я продолжил прерванные поиски и вскоре нашел подходящую для фермы землю.

– Значит, все было так просто?

– Да. Конечно.

Она поднялась на ноги и выпрямилась, повернувшись к нему лицом.

– Висмаан, почему ты занимался со мной любовью?

– Потому что мне казалось, что ты хотела этого.

– И все?

– Ты была несчастна и, как мне представлялось, не хотела спать в одиночестве. Я надеялся, что смогу хоть немного успокоить тебя, пытался по-дружески поддержать, посочувствовать.

– О. Понятно.

– Мне думалось, что это доставляло тебе удовольствие, – сказал он.

– Да. Да. Это действительно доставляло мне удовольствие.

Его язык заплясал перед безгубым ртом, что, по мнению Тесме, могло быть эквивалентом нахмуренного лба озадаченного человека.

– Нет, – сказал он после недолгой паузы. – Ведь ты человек. Как я могу чувствовать половое влечение к человеку? Мы ведь такие разные. На Маджипуре нас называют чужаками, но, согласись, для меня чужак – ты. Или я не прав?

– Наверное… Да, ты прав.

– Но я очень любил тебя и желал тебе счастья.