Иммунный ответ

Глава 2 CESSANTE CAUSA CESSAT EFFECTUS

(УСТРАНЯЯ ПРИЧИНУ, УСТРАНЯЕШЬ И СЛЕДСТВИЕ)

Итак, придя понемногу в себя, решаю взглянуть на обстановку около «гостеприимного дома». Ноутбук выдает план сверху (маршрут удалось извлечь из бренных останков планшета). Окрестности достаточно большого приусадебного участка пусты, не вижу ни охраны, разве что неподалеку от давешнего крыльца стоит тонированный в усмерть БМВ. Поелозив камерой туда-сюда и, сменяя один план на другой, и не обнаружив кроме данного седана представительского класса ничего более подозрительного, начинаю заглядывать в окна дома, стараясь найти, кабинет Рудольфа Идрисовича, уже не знаю почившего после нашей встречи или находящегося при исполнении в том же помещении.

Применять такие изыски физико-ментального насилия мне не приходилось ранее. По поводу «самоликвидировавшихся» агентов в Прибалтике у меня не было как сожалений, так и опасений превышения пределов насилия. О которых меня предупреждал ВВ. Но вот, что стало с моим «следователем», меня немного беспокоило, поскольку вроде как я и прав, а с другой стороны, он вроде лично меня и не трогал, разве что угрожал, вонючка.

Ага, ну вот и кабинет для бесед по душам. Приближаем, нужен звук, так как вижу, что в кабинете трое мужчин беседуют. Один в форме общевойсковой и в звании подполковника.

Двое других в штатском, в таких черных, похоронных костюмах. Как в американском блокбастере «Люди в черном». Звук пошел, командую запись.

– Почему же здесь произошло все так, что мне никто ничего толком объяснить не может! – гундел подполковник, имевший басовитый голос.

– Николай Александрович, операция была подготовлена, исходя из имеющихся у нас данных, путей отхода у него не было,– оправдывался один из «костюмов»,– появление «объекта» было зарегистрировано уже в непосредственной близости от явки.

– Дело в том, что Рудольф Идрисович распорядился отключить записывающую аппаратуру в кабинете, а когда мы услышали шум и ворвались сюда, Маняев уже лежал на полу с пробитой грудной клеткой и с специзделием в руке. А Рудольф Идрисович тоже без сознания лежал у камина, «объекта» ни в комнате, ни в доме не было, – вторил другой «костюм».