Роза и Червь

Надо же как-то назвать эту дрянь?

Брендан раскрыл рот – наверное, чтобы возразить – но ему не дали. Дверная панель отъехала, и в лабораторию въехал в инвалидном кресле новый человек.

Сердце Саида заколотилось чаще. Один из тех самых, жутких… из бледных головастиков. Из магогов. И судя по тому, как сразу вытянулись врачи, магог был крупным начальником.

– Док Гриффит, – почтительно произнёс Шефер.

Но магог, небрежно кивнув ему и Брендану, подъехал прямо к Саиду. Мальчик в панике вжался в кресло…

– Не смотри на меня так, – послышался голос из-под прозрачной маски – самый обыкновенный голос пожилого мужчины, сильный и сухой, с властной интонацией.

Не мигая, Гриффит смотрел Саиду в глаза своими огромными голубыми глазами, лишёнными бровей и ресниц, на бескровном морщинистом лице. «Так я и знал, – в страхе думал мальчик, съёживаясь под этим взглядом. – Так и знал, что с космиками дело нечисто. Что ими правят какие-нибудь такие… существа. О Аллах, если он прикоснётся… этими своими паучьими пальцами…» Но Гриффит и не думал отрывать от подлокотника вялую тонкую руку.

– Как себя чувствуешь? – спросил он.

– Х-хорошо, – Саид уже столько раз отвечал на этот вопрос, что несколько успокоился. – Что у меня за болезнь? – решился он спросить. Может, хоть это… существо… не будет мямлить и врать, как те двое?

– Чёрный цветок запустил в тебя заразу, – сказал Гриффит. – Как она проявится, мы не знаем. Мы видим такое первый раз. И мы подозреваем, что этот цветок – оружие врага.

У Саида перехватило горло.

– Я умру?

– Мы сделаем всё, чтобы тебя вылечить, – взгляд Гриффита был безжалостен. – Но гарантировать ничего не могу. Мы ничего не знаем об этом цветке. Но постараемся узнать больше. Будет хорошо, если ты нам поможешь.

Саид взволнованно выпрямился в кресле.

– Как?

Гриффит повернул лицо к двери – и только сейчас Саид увидел, что в лаборатории появился ещё один человек.

Этот был самый обыкновенный, и даже одетый по-людски – в брюки и рубашку. Саиду сразу показалось, что он видел в Рабате, а может и в своей махалле, этого стройного, небрежного в движениях, бронзово-смуглого мужчину с ярко-синими глазами и длинной косой соломенного цвета. Мужчина весело улыбнулся и подмигнул, и это был первый человек из Новой Москвы, чья улыбка не показалась Саиду фальшивой и искусственной.

– Это капитан Конти из экстрагарда, – сказал Гриффит.