Волки окружают Владимир

– Фу-у, воды здесь где-нибудь можно взять?

Верный щёлкнул пальцами, и через минуту небрежно одетая и некрасивая девушка с завитыми соломенными волосами, сотрудница банка, несла мэру стакан воды. Не снимая свой шаманский колпак, он жадно выпил воду и отдал стакан обратно, от волнения позабыв поблагодарить сотрудницу.

– А меня, представляете, Елизар Матвеевич огорошивает «Через три дня во Владимире будут волки», такого страху нагнал. Какие волки! Что за бред! Мне надо город готовить к Новогодним праздникам.

– Здесь, Тиммо Илларионович, я вас вынуждена огорчить, – сказала Лизкова, туша бычок о стенку кадки, где росла пальма. Потом она положила окурок в кадку, вынула зеркальце и, глядя в него, пожамкала губами, чтобы равномерно распределить помаду. – Масштаб нашествия такой, что праздники придётся отменить. – И наивно глядя на мэра: – Или вы полагаете, что Владимир как частное как-то отделён от Владимирской области как целого? Туго у вас с диалектикой, однако.

– Но кстати, о решительных действиях, о которых обмолвилась губернатор, – вдруг решил ввести в разговор оптимистическую струю Никита Ростиславович.

– Никакой здесь тайны нет, – ответила всегда верно ориентирующаяся в гуще событий зам по идеологии. – Инесса Власьевна мне сказала, пока попробуем обойтись членами Обществ охотников и местными фермерами. С войсками есть известные риски. Они будут использованы только на крайний случай. Тьфу, ты! Совсем вы меня с толку сбили.

– Зачем вам алмазы? Всё равно они там фальшивые, – удивился зам по финансовой политике.

– Ну и что?.. Они что, по-вашему, денег не стоят? А при кризисе, глядишь, увеличатся в цене. Потому что и в кризис всегда найдутся люди, которые жаждут наслаждений. Вспомните Древний Рим. Катулла. Или кто там у них был в кризис? И неважно, что антураж этих наслаждений будет обставляться блестящей и фальшивой мишурой.

И с этими словами пошла в зал с кассами, вызывающе виляя задом.

Когда она отошла на достаточное расстояние, чтобы она не могла слышать, Верный, глядя на неё маслеными глазками, восхищённо проговорил:

– У «Фиалкокудрой» Сафо есть стих. Сладкое яблочко алеет на ветке высокой… Забыли сорвать его люди. Нет, не забыли сорвать, а достать не сумели. Поэтому яблочко-то уже не ахти какой свежести. И всё-таки баба то, что надо.